Дорогие друзья, прошёл ровно месяц с тех пор, как мы вновь открыли для вас двери нашего города. Мы поздравляем всех вас с этой небольшой, но очень значимой для форума датой — оставайтесь с нами, а мы уж постараемся сделать так, чтобы вам было не скучно в Эшбёрне. По случаю нашего маленького юбилея мы запускаем первый игровой челлендж и первый сюжетный ивент — следите за новостями!
Elvin MayerJason WolfBillie Madison
сюжетные историисписок персонажей и внешностейбиржа трудашаблон анкетыэшбернский вестник
Добро пожаловать в Эшбёрн — крошечный городок, расположившийся в штате Мэн, близ границы с Канадой. На дворе лето 1992 года и именно здесь, в окрестностях Мусхед-Лейк, последние 180 лет разыгрывалось молчаливое столкновение двух противоборствующих сил — индейского божества, хозяина здешних мест, и пришлого греховного порождения нового мира. Готовы стать частью этого конфликта? Или предпочтёте наблюдать со стороны? Выбор за вами, но Эшбёрн уже запомнил вас, и теперь вам едва ли удастся выбраться...
Детективная мистика по мотивам Стивена Кинга. 18+
Monsters are real, and ghosts are real too
They live inside of us and sometimes they win

Новости города

7 июля 1992 года, около полудня, на эшбёрнском школьном стадионе во время товарищеского футбольного матча между эшбёрнскими «Тиграми» и касл-рокскими «Маури» прогремел взрыв — кто-то заложил взрывчатку под трибунами стадиона. Установленное число погибших — 25 человек, в том числе 20 детей, 64 человека получили ранения разной степени тяжести. Двое учеников, — Джереми Хартманн и Бет Грабер, — числятся пропавшими, их тела пока не были обнаружены. На сегодняшний день полиции пока не удалось установить виновных. На протяжении месяца к месту трагедии горожане продолжают приносить цветы и игрушки в память о погибших учениках, до августа приостановлена работа городской ярмарки.

Горячие новости

Эшбёрнский вестник Запись в квест Проклятие черной кошки Июньский челлендж

Активисты недели


Лучший пост

Голос журналистки на мгновение вывел Джейсона из тягостного морока старых воспоминаний. Яичницу ещё можно было спасти, и мужчина, действуя больше на автомате, разложил содержимое сковородки по широким тарелкам. Аромат поджаренного бекона и свеже сваренного кофе раздражал обоняние, хотелось есть, но все до единой мысли Джейсона были сейчас далеко в прошлом. Читать дальше...

Best of the best

Ashburn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ashburn » Завершённые эпизоды » And in the bad times, I fear myself©


And in the bad times, I fear myself©

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

[25.11.1991 - 12.02.1992 г.] And in the bad times, I fear myself©

http://s7.uploads.ru/IMJKQ.gif  http://sh.uploads.ru/QTyHc.gif
We’re far from the shallow now © 

Преамбула:
Джейсон и Айви.
Об ошибках, признаниях и откровениях, и о том, как из ничего всё-таки может получиться что-то.
Резюме:
проведя ночь в охотничьем домике в лесу, Айви и Джейсон обнаруживают на поляне мёртвое тело, однако узнать погибшего не удаётся - труп исчезает в чаще так же внезапно, как появился.

0

2

— Давай, приятель, ещё одну — и хорош...
Джейсон неловко махнул рукой, чуть было не сбив со стойки пару только что протёртых барменом стаканов, и сконфуженно поспешил отодвинуться в сторону, виновато глядя на парнишку за стойкой. Но тот только головой покачал и поспешил прибрать подальше всё, до чего мог бы случайно дотянуться этот изрядно подвыпивший здоровяк, прикладывающийся здесь к бутылке уже добрых четыре часа к ряду. Он не искал ссоры с другими такими же несчастными в этой огородной тошниловке, куда большая часть городских колдырей и заходить-то стеснялась, не комментировал то, что без звука крутили по телевизору, не требовал невозможного от музыкального автомата, и даже не жаловался на жизнь. Он просто пил, молча выкладывая на стойку деньги, и только что бармен услышал его голос второй раз за вечер — бородач не разговаривал даже с самим собой, из чего парнишка, повидавший здесь всякое, пришёл к выводу, что незнакомец задумал, по-меньшей мере, повеситься, настолько у него был потерянный вид.
Вешаться Джейсон, конечно, не собирался, а вот напиться хоть раз в жизни до зелёных чертей — пожалуй. Сколько он себя помнил, никакой особенной тяги к выпивке, дорогой или дешевой, он никогда не испытывал. Мог опрокинуть в «Дровосеке» пинту или две тёмного, мог побаловаться при случае хорошим вином — просто так, удовольствия ради, но упиваться в слюни, превращаясь в плохо соображающее и ещё хуже ориентирующееся в пространстве существо, не стремился никогда. Да ещё таким вонючим пойлом, что здесь почему-то гордо называли бурбоном — допивая бутылку, остатками сознания Вульф на полном серьёзе пытался понять, почему он ещё не ослеп от этой дряни, ну, или по меньшей мере, до сих пор не облевал прилавок. Нет, хорошо, конечно, что не облевал: стыдно было бы перед парнишкой, ему, судя по заморенному виду, и так приходилось несладко... В общем, в любом случае, на лёгкое похмелье по утру Джейсону рассчитывать не приходилось.
Он допил последнее, за что ещё сознательно успел заплатить и, кивком отблагодарив бармена за всё хорошее, упёрся руками в стойку, пытаясь принять вертикальное положение. Ватные от выпивки ноги не слушались, Джей сделал неверный шаг и чуть было не рухнул, но сумел всё-таки удержаться — спасла та же стойка, о которую он, правда, солидно приложился левым плечом. Поймав, наконец, равновесие, чувствуя, как в голове забил огромный колокол, Вульф, пошатываясь поплелся к выходу, где его ждали прохладный декабрьский ветер и припаркованный возле бара автомобиль.
Выйдя на улицу и остановившись у дверей, он обернулся, глядя на тусклую вывеску, и прочитал как-то пропущенное им ранее название: «Надежда».
Серьезно, блядь?! «Надежда»?
Вульф удручённо покачал головой, думая о том, что рассчитывать на что-то хорошее в этом мире уже не приходится, а ещё о том, что пора бы отлить. Отчего эта славная идея не посетила его внутри «Надежды» он не знал, но возвращаться в это милое заведение ему не хотелось, а посему он просто зашёл за угол и остановился там, уперевшись рукой в стену.
Вообще Джей был не из тех, кому нравилось жалеть себя, прячась на дне очередной бутылки и ожидая сочувственных взглядов — это ведь принято, жалеть опустившихся донельзя людей, так охотно и почти профессионально прикрывающихся сперва своим горем, — дескать, потому и пью, — а потом и самим пьянством — чего вам всем надо, я же алкоголик. Он сам таких не жалел, и уж точно не хотел бы выглядеть таким в глазах других людей, тем более, что сейчас, будучи пьяным до той степени, что едва сумел застегнуть собственную ширинку, Джейсон к ужасу своему понимал, что никакого облегчения от выпитого он не получил, а завтра, очевидно, будет ещё хуже. Справившись, наконец, с поставленной задачей и всё ещё держась рукой за стену сарая, гордо именуемого почему-то «Надежда», он направился к машине, изо всех сил пытаясь сфокусироваться на дорожной разметке, но в глазах все равно двоилось, так что можно было сказать, что Вульф шёл практически наугад.
«Какой стыд,  — замаячило где-то на кромке мутнеющего сознания. —  Это же надо так надраться... А и в пизду, пропади оно пропадом».
Он мацнул ладонью по карману, где лежали ключи от пикапа, и попытался выудить их, чтобы открыть автомобиль, но пальцы совершенно не слушались, и ключи упали, бряцнув об асфальт, едва припорошенный ещё утренним снегом.
— Заррраза...  — прорычал Джейсон и попытался опуститься на корточки, но снова потерял равновесие и, приложившись лбом о дверь пикапа, неловко упал на колени.

0

3

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
— Мистер Вульф? — подчёркнуто-вежливое обращение, которого требовала узкая лесная дорога Эшбёрна, на которой таилось бесчисленное множество слишком любопытных глаз. Айви в этой части города была редко, да и нечего там было делать девчонкам. Но вот сегодня ей пришлось наступить себе на горло и отправиться в ломбард с украшениями матери. Денег на еду вообще не осталось, и пришлось пойти на самые крайние меры. Работник ломбарда оказался крайне неприятным стариком. Он долго мусолил украшения, рассматривал со всех сторон, разве что не лизал. И въедливо поглядывал на Айви.
— А это точно ваши украшения, мисс? — осклабился он, и девчонка еле сдержалась, чтобы не отсесть подальше.
— Да, от мамы остались, — ответила она, но старика этот ответ не слишком-то удовлетворил. Узнал, что Паунсетт нет ещё восемнадцати и сунул украшения обратно ей в руки, как будто даже трогать противно.
— Нет уж, милая. Идите домой, — однако, когда Айви поднялась с места и потянулась за сумкой, старик её прямо общупал глазами и добавил, — а вы никогда не думали, милая... впрочем, неважно.
Айви попрощалась на ходу и выскочила за дверь. Она не знала точно, что было на уме у старика, но явно ничего хорошего, и она предпочла всё же не уточнять.
Лес обступал со всех сторон, и здесь было совсем неуютно: мрачно, тихо. Несколько жилых домов, пара сомнительных заведений, выселенных из центра города к чёрту на рога. Где-то впереди по улице, возле бара, человек ползал на коленях возле машины. Здесь такое, наверное, и не редкость. Айви тоже не особо удивлялась. Прошла бы мимо, даже сознательно ускорила бы шаг, держась подальше и от алкоголика, и от самого бара — на ту сторону дороги и переходить не стала бы. Но вдруг, засомневавшись, посмотрела ещё раз. В Эшбёрне было не так уж много мужчин подобной комплекции. Да и, сказать честно, Джейсон внешне весьма выделялся, его было сложно с кем-то спутать. Тут-то она и поспешила всё же не вниз по улице, а в сторону к мужчине. Оказалась за спиной и окликнула. Вариант у Айви был только один: Вульфу наверняка стало плохо, иначе и быть не могло. Однако, когда девчонка его обогнула и всмотрелась, то поняла, что Джейсону было отнюдь не плохо — наоборот, слишком хорошо. И дико пахло каким-то дешёвым спиртом. Боже, кажется, даже отец пил не такую дрянь, или просто со временем Паунсетт принюхалась?
— Да ты же пьяный, — зло констатировала она, всматриваясь в Вульфа. Нарастающее чувство отвращения нашёптывало Айви двинуть пьянице в скулу. Руки нервно задрожали: ещё один. Хватало ей отца, так она ещё в такого же влюбилась. Не зря умные люди заявляли, что дочки выбирают себе мужчин, похожих на папу. Выбрала, вашу мать... Бросить бы его прямо здесь, в конце концов, он сам решил надраться вусмерть, а ведь не маленький, стало быть, планировал, как именно будет возвращаться домой. И это уже не её проблемы. Её проблемами это всё перестало быть ещё в ноябре. Мразь. Паунсетт крутанулась на пятках, чтобы развернуться, когда увидела то, что просто вывело её из равновесия.
— КЛЮЧИ!? Да ты издеваешься? — она думала, сейчас челюсть хрустнет от того, как сжала зубы. Крепко, чтобы не продолжать орать. Но руки сдержать не удалось: Паунсетт всё же треснула алкоголика по голове. Не самый сильный удар, но ощутимый. Но это явное проявление заботы, ведь на самом деле она была готова его убить.
— Ты что, в таком виде за руль собрался? Твою мать, Джейсон, — она бы ему и ногой двинула по челюсти, так что уперлась руками в водительскую дверь, чтобы просто выпустить пар и выдохнуть. Ей нужно было дышать и досчитать до чёртовых десяти.
— Сам встать сможешь? — спросила она наконец, дойдя только до пяти. Всё ещё трясло, но ключи она подняла гораздо проворнее алкоголика. Спал бы в снегу... Айви сдержалась, чтобы не швырнуть ключи куда-подальше, прежде чем уйти. Или забрать с собой, чтобы не повадно было. Но нет, она же хорошая, она же не сможет бросить этого идиота на дороге в таком состоянии. Чёртова Мать Тереза.

0

4

Джей совершенно не понимал, куда могли подеваться эти треклятые ключи, тем более, что буквально только что он видел из вот где-то здесь. Ладонь шарила по асфальту рядом с машиной, а на глаза почему-то попадалась одна и та же жестяная банка, скомканная и брошенная здесь кем-то, посчитавшим выше своего достоинства донести её до мусорного бака. Мусорный бак он тоже видел, издалека, и покосившиеся здание «Надежды», и колёса своей машины... и ещё кого-то, кто двигался к нему вниз по улице.
Он узнал голос Айви, но попытка подняться с колен не удалась, и Джейсон неловко развернулся, просто усаживаясь на задницу рядом с машиной и приваливаясь на неё спиной. От такого количества телодвижений закружилась голова, и он прищурился, снизу вверх глядя на девочку.
— Аааа, это ты,  — протянул он неопределённо. —  Что ж это, блядь, такое... Куда же мне от вас деваться-то?..
С той холодной ноябрьской ночи, когда Айви ушла из его дома, пообещав никогда больше не побеспокоить Джейсона, — эти её слова, сказанные стальным голосом, он помнил отчётливо, — всё пошло как-то уж совсем криво. Собственно, ту ночь до самого утра он провёл, блуждая по гребанному лесу в поисках девочки, решившей от обиды и злости, похоже, сгинуть где-нибудь рядом со старой мельницей, или в болотной топи. Он плохо помнил подробности своих поисков, в горячечном бреду метаясь по лесу, но найти Айви тогда ему не удалось. Возвращаясь уже под утро, он плохо понимал, что делать, если девочки сейчас не окажется дома, и где её искать, но оказалось, что Айви к этому времени уже вернулась. В то утро Вульф почти на неделю слёг с ангиной, и сын, частично ставший свидетелем ночных событий, не желая, должно быть, усугублять состояние отца, с расспросами и разговорами о случившемся не приставал. По поведению подростка было понятно, что тема для него не закрыта: суть произошедшего он, наверняка, уловил, но как будто не решался задавать отцу вопросы, а Джей, сказать по правде, просто не был уверен в том, что мальчишка поймёт его. Впервые в жизни он осознанно отстранился от сына, ограничившись только тем, что «всё теперь на своих местах», довольно резко дав понять, что говорить здесь не о чем. Он не собирался оправдываться, тем более, что вопрос был закрыт: несмотря на по-детски демонстративный уход Айви, Джейсон почему-то был совершенно уверен в том, что она сдержит данное ею слово.
Вульф по-прежнему считал себя виноватым в том, что ситуация с Айви вышла из-под контроля, и в том, как всё это в итоге закончилось, и эта ответственность ни разу не облегчала его состояния. Хотя за этот финт с пробегом в лес он бы, конечно, спросил с неё по полной программе, если бы мог — Джей чуть не сошёл с ума от мысли о том, что могло случиться с девочкой ночью в лесу, и если бы был в состоянии, непременно нанёс бы ей по утру совсем не дружественный визит. В общем, они прекратили с Паунсетт всякое общение, но окончательно уложить всё случившееся в собственной голове Джейсону никак не удавалось, как и не удавалось заставить себя поделиться хоть с кем-нибудь: он и без того не привык жить с душой нараспашку, а за историю с Айви ему было попросту стыдно, ведь он выглядел виноватым со всех сторон. А потом по городу поползли первые слухи — нет, с вилами к его дому, конечно, никто не пришёл, и камни в окна не полетели, но Джей то и дело ловил на себе осуждающие взгляды и улавливал краем уха едва слышимый шёпоток: сарафанное радио Эшбёрна начинает своё вещание, дорогие радиослушатели, усаживайтесь поудобнее.
Так прошли пара недель, а потом Вульфу просто надоело. Надоело поглядывать на соседский дом побитой собакой, надоело сутулиться под демонстративно осуждающими взглядами горожан, надоело думать о том, что повёл себя как свинья и что остался бы виноват в любом случае. Он точно знал, что всё это закончится — нужно только подождать, потому что так всегда и бывает: жизнь не стоит на месте, даже в таком крошечном городе, как Эшбёрн, и на смену одной сплетне непременно придёт другая, и всё пройдёт постепенно, ведь скоро Рождество, а сделанного не воротишь... Но пока Вульфу хотелось просто уйти подальше от этого всего, вот кривая и привела его прямо к «Надежде».
Джейсон почувствовал удар по лицу — не то чтобы уж очень больно, но неожиданно. Голова безвольно мотнулась, он приложился скулой к машинной двери, в висках грохнул колокол, к горлу подступила тошнота. Не без труда подавив рвотный позыв, Джей болезненно скривился, интуитивно щупая рукой ушибленное место.
— Какого чёрта ты творишь?  — такая наглость со стороны девчонки разозлила Вульфа, но чувствовал он себя настолько паршиво и настолько беспомощно, что смотрел на неё скорее с обидой, чем с яростью. —  Да, я же пьяный!  — повторил он её слова так, словно с отчаянной гордостью констатировал этот факт. —  Не надо мне тут... вот это вот...  — он выставил вперёд руку, махая ею перед Айви, как будто хотел стереть девчонку из этого дня. —  Встать смогу... А если не смогу? Что, поднимешь меня? Пфф...  — он усмехнулся и снова попытался встать, сперва неудачно, — проклятые ноги, он их совершенно не контролировал, — но потом всё-таки сумел принять вертикальное положение и стоял пошатываясь, держась кое-как за собственный автомобиль. —  Отдай мне ключи,  — он протянул руку. —  Ну что ты смотришь на меня, ну? Я же не идиот какой-нибудь, я не собираюсь ехать домой!  — он вдруг изменился в лице и как-то совсем печально покачал головой. —  Я не могу домой... Не могу таким к сыну... Я просто думал поспать в машине, погреться,  — Джейсон вдруг почувствовал, что его и впрямь бьёт озноб, и неловко запахнул расстёгнутую куртку.

0

5

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Быстрый взгляд через плечо куда-то вглубь леса — всего лишь привычка. В этих местах, говорят, творилась всякая чертовщина. Айви в этой почти не верила, но предпочитала не проверять, а от единственного знакомого в районе лица помощи ожидать не приходилось. Между деревьев как будто мелькнула чёрная тень, но голос соседа вернул Айви из смутных подозрений к пошлой реальности. Душило отвратительное чувство собственной ответственности. Какого чёрта она такой выросла? Надо послушать Джейсона: отдать ему ключи и уйти — и всё. Остальное — это уже не её проблемы, а только его. Она это себе напомнила несколько раз, как будто проговорила про себя, пытаясь осознать. Вульф сам дал понять, что Айви ему не нужна, а она снова тут. И его восклицание только подчёркивало, что же Паунсетт уже в печенках сидит. Постоянно появлялась то там, то тут. Маячила перед глазами, раздражая. Напоминала о плохом — о чём сам мужчина уже давно пытался забыть. Ему не сдалась Айви Паунсетт, и всё, что он хотел бы о ней знать — что это соседская девчонка. А она что? А она дура.
— Подниму, — для того, кто не стоял на ногах, Джейсон очень живо ехидничал, и ответ Айви, слишком уставшим, серьёзным голосом, это только подчёркивал, — Ты не первый пьяный мужчина в моей жизни, Джейсон. Я знаю, как с этим справляться.
Джейсон выглядел жалко, и, что гораздо хуже, вместо со злостью Паунсетт начала чувствовать и жалость. Этого только не хватало. Хотя, признаться, кинуть Джейсона в сугроб перед домом и сказать его сынуле: «Он весь твой!» — было очень заманчиво. К сожалению, Айви на такую подлость не была способна, за что себя уже начала корить.
— Не идиот, а на земле валяешься, — хмыкнула она, не сдержавшись. Очень громкое заявление для такого пьяного человека.
— Нет, ключи я тебе не отдам. Садись на пассажирское, — махнула в сторону второй двери и очень серьёзно взглянула на Джейсона, тем самым давая понять: сейчас спорить бесполезно — она уже всё решила, — пожалуйста, Джейсон, просто сядь в чёртову машину, ничего твой сын не узнает.
Это резануло: эта искренняя преданность ребёнку, стремление не разочаровать его, даже когда ты на четвереньках вокруг машины ползаешь. Вот чему так сильно завидовала Айви — к ней так никто никогда не относился. Она не заслужила такой верности, даже от собственного отца.
— Я не могу оставить тебя здесь одного. Ты хотя бы слышал, кто тут по ночам шляется? У тебя могут угнать машину, вытащить кошелек, выкинут на обочину, а ты даже никуда уползти не сможешь, — Паунсетт только покачала головой — это она сказала о более очевидных вещах, которые могли бы случиться с любым пьяным в любом городе США, а у Эшбёрна были свои особенности, по крайней мере пьяницы напивались тут не до зелёных соплей, а до чупакабр и таинственных духов. Может, это всё действительно сказки, но от многочисленных историй спокойнее не становилось.
— Это какая-то ерунда, да и ты такой пьянющий, что в себя приходить будешь, как минимум до утра. И просто поспать в машине не получится. Или ты думаешь, что твой мелкий ничего не поймёт, когда отец вернётся домой, помятый, с перегаром, во вчерашней одежде? Тебе нужно принять душ, отоспаться, чтобы парня не пугать, — парировала она, распахнув дверь.
Несмотря на всю драматичность происходящего, был и один хороший момент. Айви откровенно наслаждалась возможностью покомандовать Джейсоном. Они оба от природы были лидерами и предпочитали не оказываться в положении ведомых. Они постоянно выталкивали друг друга из-за штурвала, решая вести общение по собственному курсу. Сегодня и руль автомобиля, и гипотетический штурвал взаимоотношений были в руках Айви, а командовать она умела и любила.
— Не волнуйся, я не воспользуюсь твоей слабостью и не буду распускать руки, — язвительно добавила она. На лице Паунсетт читалось: «Ну как? Я освоила технику неуместных шуточек?»

0

6

Слова Айви звучали болезненно, в прямом и в переносном смысле: во-первых, колокол в голове Джейсона бил всё чаще и громче, отзываясь на каждый посторонний звук, а во-вторых, в том, что говорила девочка, истины было гораздо больше, чем в той бутылке, содержимое которой уже сейчас стояло у Джейсона поперёк горла. Он плохо справлялся с собственными ногами и языком, но сознания ещё хватало, чтобы понимать, каким жалким идиотом он сейчас выглядит: на что он рассчитывал? Забыться на денёк, утонув в благостном неведении — всё ведь должно было быть именно так, без колокольного звона в мозгах, без горькой тошноты, без болезненной дрожи в теле. Чёрт побери, если это так паршиво, то почему столько народу снова и снова упивается день за днём?
Он пристыженно посмотрел на Айви и послушно кивнул, медленно обходя машину, а когда девочка открыла дверь, тяжело рухнул в пассажирское кресло. Тело, почувствовав под собой опору, расслабилось, и мышцы отозвались неприятной тяжестью, а колокол в голове сменился кружением, словно под черепом беспрестанно роились тысячи мух. Джейсон прикрыл глаза, зябко кутаясь в куртку: машина долго стояла на морозе, и внутри сейчас было не многим теплее, чем на улице.
От мысли, что сын увидит его в таком состоянии, Вульф скривился, представляя себе, как парнишка меняется в лице, и как понуро опускает голову, стискивая зубы — он уже знал этот разочарованный взгляд и отдал бы многое, чтобы никогда больше не встречаться с ним. Айви уселась за руль, и Джейсон повернул голову, глядя на её серьёзное, сосредоточенное лицо. Как же так получается: он ведь нарочно уехал чёрт знает куда, чтобы наверняка не встретить в этот день никого из соседей или завсегдатаев «Дровосека». Понятное дело, что городок маленький, и внутренне Джей был готов встретить старого Патинса, вечно блуждающего то тут, то там, или неугомонную миссис Лэнди, но Айви...
Почему опять Айви?
На её ехидное замечание он только махнул рукой: посмеялся бы, да смешного здесь было мало. И хотя гнилой дурман в его гудящей голове всё ещё не давал понять, чем так плоха была его идея просто запереться в машине и проспать до утра, он был благодарен Айви за то, что не бросила одного на дороге.
Похоже, что не так уж и хотел он оставаться один.
— И куда мы поедем?  — спросил он, снова морщась от горечи — во рту пересохло, и каждое слово корябало нёбо, как корка чёрствого хлеба. —  Айви...  — он с усилием выпрямился в кресле. —  Я не хочу, чтобы кто-нибудь из соседей меня увидел. И в мотель я не поеду, лучше оставь меня здесь.
Джейсон нашарил под креслом бутылку с остатками содовой и в два жадных глотка допил её содержимое. С сожалением посмотрел на опустевшую тару и отвернулся к окну, как можно сильнее съежившись в кресле — мотор уже был заведён, и печка работала, но теплее ему почему-то не становилось. Он видел, как за окном машины усилился снег, и снова обернулся к сидевшей за рулём девочке.
— Айви,  — он посмотрел на неё так, словно внезапно что-то заподозрил, и вдруг удивлённо изогнул левую бровь. —  А ты сама-то чего здесь забыла, а?

0

7

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
О, этот мужчина! Даже вусмерть пьяный он всё равно продолжал спорить. Конечно, ведь просто довериться ей нельзя. Но в этот раз Паунсетт не собиралась отступать. Она была непреклонна и уже знала, как нужно поступить.
— Ты вообще слышал, что я говорила? — выдохнула она чуть разочарованно, — как ребёнок маленький. Это не хочу, это не буду. Как пить, так ты взрослый, а как разгребать это всё... думаешь, никто не заметит припаркованную машину со спящим человеком? Да на этой улице наверняка есть кто-то из знакомых, которые заинтересуются, подойдут, а потом расскажут соседям. А ближе к ночи будет кататься патрульная машина, и полицейских тоже заинтересует, кто здесь. Ты выбрал очень плохой способ спрятаться ото всех. Лучше бы в другой город выехал и действительно заночевал в мотеле, чем вот это всё.
Сначала Айви хотела просто оставить Джейсона у себя. Так было бы гораздо проще: уложить в своей комнате, а самой заночевать внизу на диване. Как раз он бы там проснулся, пришёл в себя, умылся бы и пошёл домой. Благо, идти до соседнего дома. Но с этими истериками всё становилось сложнее. Вот и что с ним сделать? В машине-то можно сидеть, пока бензин не закончится, но вот проблему внешнего вида и перегара это не решало. Плюс, чтобы очухаться, Вульфу совершенно точно требовалось нормально отоспаться, а не скрючиться в машине, где даже Паунсетт было бы тесновато спать.
На лобовое стекло упало несколько сцепившихся снежинок. Они красиво умирали, стекая вниз ручейками. Погода создавала чувство непрошеного уюта, и Айви даже поймала себя на мысли, что в иных обстоятельствах вот так сидеть в машине было бы приятно.
— Спасаю пьяных мужчин, — фыркнула она в ответ на неуместный вопрос. Не очень-то хотела откровенничать, особенно с Вульфом, с другой стороны, а что ещё оставалось делать? Какая разница, если всё уже осталось позади?
— Хотела выручить немного денег, но... ничего не вышло, — несмотря на бодрый голос и несколько активных взмахов руками, было заметно, что итог вечерней вылазки её сильно тяготил. Взгляд опять забегал куда-то по машине — она не хотела вызывать у Вульфа жалость, это было бы слишком противно. Никаких денег. Ноль. На языке вертелось ещё несколько неуместных язвительных комментариев, которые Паунсетт смогла проглотить. Никаких шуток о том, чтобы податься в проституцию — не сегодня. Джейсон и так плохо понимал, что все эти злые, циничные фразочки просто помогали ей держаться на плаву и не сдаваться. Легко идти на бой с целым миром, когда умеешь огрызаться, вот и всё. И Айви огрызалась, готовясь, в случае чего, пустить в ход и когти.
— Мы поедем на лесопилку. Там как раз есть туалет и кухня с диваном, не бог весть что, но явно лучше машины. Если ты так боишься, что тебя заметят, то лучше поступить именно так. Тем более, сейчас там уже никого нет. Хотя я считаю, что лучше было бы поехать ко мне, погасили бы на подъезде фары, никто бы и не разглядел, что происходит за окном, фонарь на улице так и не починили. И спать в кровати явно удобнее, чем где-то ещё, и умыться бы смог. Но дело твоё, я похищением заниматься не буду, — опять лёгкая усмешка. Делать Джейсона счастливым и довольным — не её работа, пусть сам решает, всё же до своего возраста дожил, значит, умеет соображать головой, а не искать приключений на задницу. Паунсетт потянулась и пристегнула Джейсона, поскольку сам он, наверное, копался бы целую вечность. Потом пристегнула себя и тихонько поехала. Она вела не очень умело, но максимально осторожно, в её арсенале были пока только ученические права, и чувствовала себя Айви не слишком уверенно, однако, отцовскую машину иногда перегоняла. Ну и ночью на дороге, слава богу, никого не было.
— Какой-то праздник или просто хороший день, чтобы надраться? — не отрываясь от дороги, спросила девчонка. Джейсон же думал, что она не озвучит самого главного вопроса? Он просился уже давно.

0

8

Айви рассуждала совершенно здраво, даже пьяный Джейсон не мог сейчас отказать ей в логике. Но как же так, ведь ему казалось, что он всё продумал и план был хорош... Он скрестил на груди руки, пряча ладони под курткой и всё пытаясь согреться. Всё всегда идёт к чертям, когда начинаешь жалеть себя — Джейсону казалось, что он отлично усвоил уже эту простую истину, а на практике всё выходило совершенно иначе. Какого дьявола он так расклеился? Уж лучше было бы найти повод и сцепиться с кем-нибудь в том же баре — бодрая драка куда лучше, чем это состояние тухлого овоща. Ладно бы он ещё ничего не соображал: ну, лежал бы себе у дороги, пузыри пускал в снег, да похрапывал, так нет же — с каждым ударом колокола в голове ему становилось всё хуже физически, но разум как будто прояснялся, и Вульф всё отчётливее осознавал, как жалко и беспомощно он сейчас выглядит.
От обиды и злости на самого себя Джей изо всех сил сжал кулаки под курткой, отворачиваясь к окну, чтобы не видеть осуждающего взгляда Айви. Ну вот, похоже и настал тот день, когда девочка поймёт, наконец, что ошиблась в своей случайной симпатии: более неприглядного зрелища, чем совершенно пьяный человек, по мнению Джейсона, сложно было представить, не потому ли он сам так презирал вечно пьющего Берта и многих других жителей Эшбёрна, большую часть жизни проводивших на дне бутылки. И хотя Вульф уже успел осознать, что если после этого пойла, которым он, судя по всему, всё-таки отравился, ему удастся дожить до утра, он ещё долго не сможет смотреть на выпивку и, пожалуй, останется верен разве что пиву по пятницам, всякий, кто увидит его в нынешнем состоянии, скривится и осудит — он бы осудил. И Айви осуждала, имея на это полное право.
Она заговорила что-то о неудачной попытке выручить денег, и Джей подумал, что у Паунсеттов, похоже, опять проблемы. Ему хотелось спросить, в чем заключался её план, — очень уж сомнительно выглядела девочка на этой дикой, грязной окраине, — но он вовремя прикусил язык: Айви больше не бросалась на него с кулаками, но это не значило, что она чертовски рада его компании — сейчас ему делали одолжение, Вульфу хватило ума, чтобы понимать это, и лучше было бы не теребить сейчас Айви. Может быть, чуть позже, если она окончательно успокоится, когда они приедут... Куда?
Джейсон вдруг опомнился и поспешно сунул руку во внутренний карман куртки. Ключей от ворот на территории лесопилки не было — и не могло быть, потому что Джейсон не рассчитывал приезжать туда ни сегодня, ни завтра. Он вообще всё представлял себе иначе, а совершенно разумная идея отоспаться в бытовке на работе почему-то не пришла в его пустую голову.
— Мы не попадём на лесопилку,  — он качнул головой, поворачиваясь к Айви. —  У меня нет ключей,  — ситуация окончательно вышла из-под контроля, а от мыслей о том, что Айви собиралась предложить ему остаться в её доме, Джейсону отчаянно захотелось провалиться сквозь землю — вот прямо здесь и сейчас.
В этот момент автомобиль неловко подскачил на какой-то кочке, и Джею показалось, что желудок подпрыгнул до самого горла — волна тошноты подкатила с такой силой, что справляться с ней не было больше никакой возможности.
— Останови,  — он с трудом выпутался из ремня безопасности, не успевая ответить на последний заданный ею вопрос. — Мне... нужно выйти, останови!
Шатаясь, он вывалился из машины и успел отойти подальше на обочину, прежде чем горький спазм скрутил желудок снова, и Вульф почти упал на колени, поддаваясь неистовому приступу тошноты. Когда внутри закончилась, кажется, даже желчь, а желудок прекратил свою болезненную пляску, Джей выдохнул, наконец, и набрав полную пригоршню свежего снега, растёр им лицо, чувствуя холод и долгожданное облегчение. Ему показалось, что даже головная боль отступила, а сознание стало ещё яснее. Пожалев о том, что уже допил воду в машине, он не долго думая, набрал в рот снега и сплюнул — нет, ему определённо становилось легче. Он поднялся на ноги, как будто даже легче держа равновесие, и обернулся к машине, откуда на него смотрела Айви.

0

9

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Блестящий план Айви сломался об реальность, — Чёрт бы тебя побрал, Джейсон.
Её голос звучал почти измучено. Девчонка была почему-то уверена, что с ключами от лесопилки Вульф не расстаётся ни на минуту. Что он из тех людей, которым может стрельнуть задержаться просто для души или поздним вечером отправиться на работу, потому что не спится. И она совершенно не ожидала, что ключей может не оказаться под рукой.
— Видимо, тогда вариантов нет, — подытожила она, поджав губы. Айви чувствовала, что её лицо выглядит жутко. В этой застывшей маске презрения не было ничего миловидного, но иначе было никак. Не только из-за внезапного пьянства Джейсона, но и просто из-за него самого. Мужчина продолжил жить, несмотря на недомолвки с сыном и расползавшиеся сплетни. Это ему сложно давалось, но время бы вылечило и эти проблемы, он бы пережил, перешагнул, всё бы наладилось. Прочее его мало беспокоило. А Айви — нет. Айви не пережила, но было гораздо проще делать вид, что ей совершенно плевать на Джейсона и на его проблемы. Хотя очевидно, что это было совершенно не так. В душе так и не улёгся коктейль из злости, обиды и задетой гордости. Внутренний голос так ехидно и шептал: «Смотри, вот! Вон он, мужчина, которому ты не нужна. И неважно, просто он слабак или алкоголик, для тебя в его жизни места нет». Больно. От близости Джейсона всё внутри болело, как будто вместо полена её — живую и влюблённую — Джейсон беспощадно пустил под пилу. И из этих ощущений и мыслей девчонку выдернул сам Вульф, напугал. Паунсетт дала по по тормозам, из-за чего машину сильно тряхнуло. Но Джейсон уже вырвался на улицу.
Пьяные мужчины, несвязный бред и блевотина — примерно из этого состояла жизнь Айви Паунсетт. Ничего нового, ничего хорошего. Всё, что, видимо, заслужила. Она смотрела на эту картину с мрачным сожалением, даже отвращения не осталось. Только усталость накатывала резкими волнами. Айви вышла из машины проверить, не нужна ли Вульфу помощь. Он, на удивление, выглядел уже живее и бодрее. И ей это скорее не понравилось. Пьяным им было куда легче управлять, у него даже не было права голоса. А как только он начнёт трезветь и приходить в себя, опять будет тянуть одеяло на себя. И ещё она воспринимала выпившего Вульфа, как немного другого человека в то время, как рядом с ним трезвым было неуютно и совсем больно. Она его боялась, и боялась всего того, что он ещё может сделать сказать или сделать. Лучше бы вообще никогда не влюблялась, жилось бы легче...
— Ты испачкался, — не глядя ему в глаза, Айви выудила из сумки бумажный платок и протянула Джейсону, кивнула на его  куртку. Он был прав — надо было оставить его там в машине, пройти мимо, плюнуть. Паунсетт выглядела жалкой со всеми этими попытками помочь человеку, который просто не отвечает взаимностью. Выходит, не такая уж у неё и болезненная гордость, если на такую ерунду хватило ума.
— Придётся постирать одежду, — Айви совсем сдулась. В её голосе звучала какая-то мрачная обречённость, она сама над собой, видимо, издевалась, тыча в глаза Джейсоном. Быть хорошим человеком — это горько, а на то, чтобы быть плохой, просто нет сил.
— Ну как, всё? — спросила она, чтобы уже продолжить путь. Ей хотелось толкнуть Вульфа в сторону кровати и уже не видеть его до самого утра. А в идеале — вообще не видеть. Он же может просто тихо проснуться, принять душ и выскользнуть через кухонную дверь?

0

10

Джейсон кивнул, принимая салфетку из рук девочки, и поплелся к машине. По её лицу слишком хорошо было видно, как горько она уже пожалела о том, что связалась с Вульфом, и что только из-за собственной доброты и, возможно, огрызков каких-то приятных воспоминаний о них двоих, Айви всё ещё была здесь. Но она уже не смотрела ему в глаза, и Джей не собирался больше навязываться ей — он на ходу снял испачканную куртку, сворачивая её комком, и уселся, — даже почти улёгся, — на заднее сиденье, чтобы не так сильно докучать девочке своим неприглядным видом.
Он, наконец, расслабился, прикрывая глаза, и теперь почти наслаждался лёгким головокружением и ощущением пустоты в надорванном желудке, которые не шли ни в какое сравнение с тем отвратительным состоянием, что одолевало его ещё несколько минут назад. Айви ехала потихоньку, и это движение усыпляло Джейсона. Он даже успел забыться каким-то тревожным сном на то время, пока она везла его к дому, а когда пикап уже свернул в переулок, не без труда выдернул себя из тяжёлой дремоты и посмотрел на Айви в зеркало заднего вида.
— Останови здесь , — попросил он. —  Я пойду домой,  — он уверенно кивнул, собираясь уже выйти из машины, но остановился на секунду, снова глядя на девочку. —  Да, так будет правильно. Спасибо, что довезла. Я бы... без тебя не справился.
Он говорил искренне, но подозревал, что звучало это всё равно паршиво. Нет, нельзя было оставаться у Айви в таком виде, нельзя было вообще показываться ей таким, но тут уж Джейсон ничего поделать не мог. Он видел, как горит свет в комнате сына, на секунду ему даже показалось, будто он выглянул на улицу, и Вульф понуро побрёл домой, держа в руках свёрнутую куртку. Его с детства учили отвечать за свои поступки, и Джею, сказать по правде, порядком надоело поджимать хвост. Больше всего на свете ему хотелось сейчас просто забыться сном до утра, ни перед кем не отчитываясь, не извиняясь и не стыдясь. Никто не вышел ему навстречу, и это было к лучшему. Джейсон принял душ, уже чувствуя, что действует больше по наитию — ресурс организма подходил к концу. Он уснул на не застеленной кровати и проспал всю ночь до утра без единого сновидения.
Утро встретило головной болью, ломотой в теле и нечеловеческим голодом. Джейсон и не думал, что может так хотеть есть. Он привёл себя в порядок и практически опустошил холодильник — что ж всё это было не так паршиво, как он ожидал. Память, к сожалению, тоже работала без перебоев, и события прошедшего вечера всплывали в сознании с отвратительной чёткостью. Он вспомнил Айви — если бы девочка не настояла на том, чтобы отвезти его, Джей бы так и остался чёрт знает где, спать в холодной машине. Но она не оставила его там, на обочине возле бара, она помогла, и заслуживала за это хотя бы благодарности. Джейсон смутно помнил что-то о деньгах, которые ей, вроде, не удалось получить, ему отчаянно хотелось помочь Айви, но он прекрасно понимал, что она ничего от него не примет, особенно после того, каким увидела его вчера вечером.
Джей выглянул в окно. Айви была дома, он видел, как она прогоняла на улицу кота, подметая крыльцо. Пикапа Берта нигде не было, значит, девочка одна. Вульф вздохнул, собираясь с мыслями. Он совершал очередную глупость: ещё ни разу их с Айви встречи не заканчивались ничем хорошим, и чем дальше они заходили, тем хуже оборачивалось дело, но сейчас Джей не мог и не хотел отказываться от идеи ещё раз увидеться с Айви.
Он глянул на себя в зеркало и неопределенно хмыкнул — могло быть и хуже, ничего страшного. Быстро перейдя дорогу, он поднялся на крыльцо и постучал. Мимо проходила соседка, миссис Нилман, вечно снующая по переулку со своей крошечной псевдособакой, и самым любезным голосом из возможных пожелала Джейсону доброго утра. Он сдержанно кивнул, обернувшись, и постучал снова, когда Айви уже приоткрыла дверь, выглядывая на улицу. Секунду он смотрел на неё молча, буквально физически чувствуя, как любопытный взгляд миссис Нилман прожигает его со спины, а потом выдохнул, всё ещё думая о том, что Айви запросто может прогнать его — после всего произошедшего он бы не удивился и не осудил её за это.
— Привет. Пустишь? Поговорить.

0

11

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
У него, наверное, тоже гордость взыграла, раз решил отправиться домой. Или просто боялся, что всё это очередная попытка Айви забраться к нему в штаны. Девчонка уже давно перестала понимать, что происходило в его голове. Только пожала плечами: его выбор, куда идти и что делать, да и дом в общем-то его. У Паунсеттов было тихо и темно, даже кот не выбежал встретить. Может, разобиделся, что хозяйка в ночи где-то шляется. Айви выложила ему остатки еды и поняла, что сейчас начнётся. Коту тоже больше нечего есть, как и им с отцом, а тот даже не шевелится. Завтра днём она, конечно, позвонит Бэт и предложит погулять, ненавязчиво намекнув на перекус. Бэтс уже привыкла к этому и понимала, когда Паунсетт действительно голодна. Пока же оставалось только заварить горячего чаю, быстро выпить и лечь спать, пока желудок не понял, что его обманули.
Утром Бэтти на телефон так и не ответила, а Айви не могла явиться в гости без приглашения. Сегодня это было особенно стыдно. Деньги от жертв уже были потрачены на счета за дом, а наглеть и собирать дань ещё раз Паунсетт не решалась. Слишком велика вероятность бунта, на подавление которого не было ни сил, ни настроения. Можно утянуть какие-нибудь консервы, но это нужно осторожно, где-нибудь в другой части города. И лучше попросить Джека. У лета был несомненный плюс, который заключался не только в каникулах и тёплой погоде, но ещё и урожаях на полях, откуда всегда можно было что-то утянуть домой. Мысли крутились только вокруг денег, и девчонка решила поубираться, чтобы отвлечься хоть на что-то. Заодно перетрясла все вещи в комнате отца, но из сокровищ обнаружила только пятицентовик — и всё. Улов небогатый. А ей хотя бы пять баксов — уже немного помогло бы. Домашние джинсы немного запачкались в коленях, пока Айви ползала, убираясь под кроватью, а из старой укороченной футболки в разные стороны торчали нитки. Не самый лучший вид для встречи гостей, но кто-то решил её всё же побеспокоить.
— Привет, — она приоткрыла дверь шире и пропустила Джейсона в дом. Стук заставил её врасплох, и Айви надеялась, что это пришла Бэт. Вдруг почувствовала, что нужна, вот и появилась, но не тут-то было. Беда ведь не приходит одна. Сил на ехидство почти не было, и девчонка проглотила вопрос, уж не выгнал ли Джейсона из дома сын. Шутка дурная и несмешная — уж точно не для Джейсона. Хотя Айви с трудом представляла скандалы в доме Вульфов. Впрочем, соседи даже не догадывались, что происходило за чуть поплывшим фасадом дома Паунсеттов.
— Если у тебя пропал кошелёк, я не брала, — на неё ещё никто не нападал, но Паунсетт почему-то чувствовала отчаянное желание защититься. Ей было ужасно неловко, и она просто выжидательно смотрела куда-то в сторону Вульфа, поскольку правила вежливости требовали от неё предложить гостю хотя бы чай, а к нему не было ни сахара, ни печенья, да и заварка такая себе, старая и её мало.
— Как ты себя чувствуешь? — вместо предложения чая вкупе с беглым взглядом на Вульфа. Выглядел он сегодня явно лучше, чем вчера. И, по крайней мере, стоял на ногах, что уже не могло не радовать. И вместе с тем Айви чувствовала себя неуютно, впервые оказываясь в полностью зависимом положении: не имея никакого представления, зачем он пришёл, о чём хочет поговорить. Паунсетт вообще не понимала, о чём им ещё разговаривать. Вроде всё, что нужно, уже было сказано, разве нет? Он-то точно сказал всё ещё тогда, пусть и не вслух.

0

12

Дверь приоткрылась шире, и Джейсон шагнул вперёд, привычно пригибая голову. Любопытный взгляд соседки остался на улице, и Вульфу почудилось даже, что если прислушаться хорошенько, можно было услышать, как этот взгляд кучей осколков разлетается о захлопнувшуюся за ним дверь.
Он не сразу понял, что Айви сказала про кошелёк, и как-то интуитивно хлопнул себя по карману — кошелёк был на месте, и Джейсон усмехнулся, с лёгким упрёком глядя на девочку. Ему в голову вдруг пришла мысль, как предложить ей помощь так, чтобы она не отказалась — не большой, конечно, но шанс на успех был, и Джей решил приберечь эту идею: если им удастся поговорить, он, прощаясь, сделает вид, что едва не забыл, и это будет выглядеть вполне непринужденно, в если Айви не захочет разговаривать с ним — скажет ей, что за этим и заходил.
Мимо Джея проскользнул кот, бесцеремонно пройдясь прямо по его ногам, и шмыгнул куда-то вглубь дома, демонстративно размахивая кончиком хвоста. Вульф проследил за ним взглядом, припоминая, что как раз где-то там и находилась дверь в злополучный подвал, с которого, в общем-то, всё и началось... Он сам удивился своим измышлениям на этот счёт: прежде он не задумывался об этом, а ведь действительно, всё для них с Айви пошло не так с того самого дня, когда они воспользовались спиритической доской. Джей усмехнулся своим мыслям: вот она, человеческая натура — желание самые простые и понятные вещи скинуть на высший промысел или происки тёмных сил. Конечно, никто, кроме них самих, не был виноват в случившемся, но треклятая доска почему-то снова и снова приходила на ум. Интересно, она всё ещё там, в старом подвале?
Джейсон обернулся на голос Айви и кивнул ей.
— Я в порядке, спасибо.
Она не приглашала его в комнату, не предлагала присесть — похоже, его визит был для Паунсетт неожиданностью и, судя по её реакции, не самой приятной. Она и в дом-то его пустила, наверное, только для того, чтобы не светиться перед соседями, вроде неугомонной миссис Нилман. Девочка выглядела уставшей, и дело было явно не в том, что Джейсон прервал её посреди уборки — у Айви наверняка были неприятности, спрашивать о которых её бесполезно. «Вся моя жизнь — одна большая неприятность», наверняка бы ответила Айви.
— Я, в общем-то, за этим и пришёл,  — начал Вульф; топтаться в коридоре было неловко, очень хотелось хотя бы прислониться к двери или просто скрестить руки на груди, но Джейсону казалось, что если он пришёл действительно поговорить с Айви, то закрываться от девочки — не лучшая идея. —  Хотел поблагодарить тебя и извиниться за вчерашнее. Ну... За свой вид и вообще,  — он пожал плечами. —  Мне неловко. Я сорвался, и никак не ожидал, что кто-то, тем более, ты...  — он неопределенно качнул головой. —  Спасибо, что отвезла меня. Ты была очень настойчивой, — Джей улыбнулся и потёр щеку, как бы намекая на вчерашнее «тёплое» приветствие Айви, надеясь, что девочка хотя бы улыбнётся в ответ.

0

13

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
В коридоре было трудно дышать от густого непонимания, повисшего в воздухе. Айви казалось, что она вся — замерший знак вопрос, и что даже в её глазах это угадывалось без какого-либо труда. Зачем? Чтобы что? Она даже не приглашала Джейсона внутрь, потому что не могла понять, к чему это должно вести. Просто соседский визит, который призван... успокоить совесть мужчины? Да, точно, у него же проблемы с совестью, слишком резво вгрызавшейся по каждому случайному поводу. Ему стыдно — это логично. Хочется всегда быть на коне, а тут раз — и вышло совсем наоборот, причём в самом прямом смысле. Паунсетт живо вспомнила, как Джейсон ползал вокруг железного коня на четвереньках. «Сорвался» — это не то слов, чтобы описать то состояние. Другая Айви бы спросила, что именно случилось, постаралась бы выслушать. Другая Айви беспокоилась бы за его моральное состояние. Но эта позволила ему ограничится лишь общими фразами. Сорвался и сорвался.
— Всякое бывает. Мой отец тоже срывается. Главное, не скатывайся до его уровня, — Айви постаралась сделать насмешливое лицо, но её слова были опять горькими и злыми. Всё то, что Джейсону в ней так не нравилось — когда она говорила искренне и предельно зло о том, что её задевало.
— Я думаю, что каждый на моём месте поступил бы так же. Ничего особенного, и ты не должен мне никаких объяснений, — она покачала головой, вновь напоминая, что друг другу решительно никто. Просто помогла по-соседски, потому что знала его, ничего более. Никакого права вмешиваться в его жизнь и в его душу не имела. И вовсе не хотела быть свидетелем душевных излияний. Вульф её душил: вот, посмотри на меня, какой я несчастненький и жалкий, ты должна меня простить. Но он ей ничего не должен, как и она ему. Никаких жалобных взглядов, никаких объяснений. Ну вот он пришёл за её прощением, пришёл, чтобы она сказала, что всё в порядке, всё будет хорошо. Иди, живи своей жизнью, Джейсон, я ни в чём тебя не виню.. Чёрта с два! У неё не было сил на великодушие и всепрощение. Всё, что держало её наплаву — эта злость. Она заставляла двигаться вперёд, она подталкивала, подначивала. А Джейсон хотел отнять у неё и это, чтобы не осталось вообще ничего.
— Послушай, — она впервые посмотрела прямо, и это было ужасно неприятно, как будто Джейсон, глядя в её лицо, мог прочитать всё, что было внутри, — я действительно оказалась в том районе случайно. Не думай, что я следила за тобой или ещё что-то такое. Я вовсе не собиралась нарушать своё слово. И в следующий раз я постараюсь быть умнее и сдержаннее, чтобы не мешать тебе спокойно жить.
Она бы и не смогла объяснить, почему не прошла мимо. Слишком личный вопрос, на который у неё, слава богу, ответа не просили. Но она очень боялась, что всё же захотят узнать. Зачем? Может, просто так. Может, чтобы убедиться в том, что он всё ещё неотразим в глазах школьницы. Если бы Джейсон пришёл с настоящим ножом и вспорол её, это было бы не так мучительно, но он препарировал её ментально, и Айви лишь в очередной раз хотела спросить, в чём тут смысл?

0

14

Нет, Айви не улыбнулась. Она говорила спокойно, и во взгляде её не было, кажется, ни толики интереса. Сравнение с отцом, — очевидное и понятное из уст девочки в свете вчерашнего вечера, — конечно, покоробило Джея — он бы презирал себя до конца своей жизни, если бы стал таким, как Берт. Нет, ничего лично против соседа он не имел: тот был добряк, и на трезвую голову выглядел порядочным малым, но стоило ему перебрать, как от образа человека мало что оставалось. Джейсон не был таким. Не стал бы таким ни за что на свете — это обещание он давал себе прямо сейчас, стоя напротив Айви, и, если бы в глазах девочки хоть на мгновение мелькнуло что-то, кроме пустого, подчёркнуто отстоаненного безразличия, он бы, возможно, сказал это вслух. Айви была тем человеком, перед которым он чувствовал вину настолько остро, что, кажется, с трудом выносил её взгляд — будто это в ней почти два метра роста, и это она смотрит на него сверху вниз.
Джейсону казалось, что Айви просто не понимает, зачем он пришёл к ней и почему стоит сейчас в её прихожей. Их вчерашняя встреча была случайностью — сейчас он отчётливо это осознавал: она не искала повода увидеть его вчера, и не желала слушать сейчас его исповеди. Джей вглядывался в лицо Айви, в её глаза, смотрящие сейчас прямо на него, и никак не мог понять: неужели это всё? Неужто Айви переболела?
Джейсону вдруг стало до смешного обидно. Айви так донимала его этой своей привязанностью, и так и эдак демонстрируя своё отношение, а стоило ему самому привязаться, как девочка будто потеряла всякий интерес. И даже если их последнюю встречу в доме Вульфа Айви восприняла как отказ и кровную обиду, неужели пары недель хватило, чтобы загасить её огонёк?
Джей снова вспомнил вчерашний разговор: девочка собиралась выручить немного денег, но ничего не вышло, и глупо было бы полагать, что эта постоянная нужда нисколько не тяготит её. Достаточно было вспомнить их прежний разговор, когда она говорила, что в этом городе у неё нет будущего, достаточно было хоть немного знать Айви Паунсетт, чтобы понимать, как мало радует её в этой жизни, и как остро она воспринимает каждую оплеуху судьбы. А Джейсон прекрасно понимал, что мог разрушить в её мире слишком многое своим неловким, нерешительным отказом — и дело было не в нём самом, дело было в её зашедших слишком далеко ожиданиях.
— Айви, послушай,  — Джей посмотрел на девочку так, словно надеялся хоть за что-то зацепиться во взгляде её болезненно холодных глаз, вытащить на свет то, что пряталось там, в глубине, ведь не могло перегореть, не могло отболеть так быстро. —  Я знаю, что обидел тебя. Не было дня, чтобы я об этом не думал, слышишь? Но я ни разу не соврал тебе. Ни разу,  — он сделал шаг в её сторону, не в силах больше стоять столбом в узком коридоре. —  Поговори со мной. Давай, без этой ерунды про данные обещания, без оглядки на всех остальных — ну же, Айви, здесь только мы. И я... я никогда не пришел бы к тебе сам, если бы не тянуло. Если бы не думал о тебе,  — ему не хватало слов, он чувствовал, как его попытки выразить всё то, что накипело, с треском разбиваются об этот стеклянный взгляд. —  Да что с тобой, Айви? Ну, скажи хотя бы, что ненавидишь меня. Ну, ударь меня, прогони — только не смотри так, словно никогда меня не знала,  — он сделал ещё шаг, беря её за плечи и заглядывая в глаза.

0

15

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
— Ты меня не обидел, — Айви потребовалось собрать всё своё мужество, чтобы не сделать шаг назад, не отступить, а продолжить стоять на том же месте, спрятав затаённый страх. Смотреть на него не могла — изучала стену, покосившуюся фотографию, немного отклеившиеся обои снова и снова.
— Просто указал мне моё место. Дал понять, что я ничего не стою, — по привычке на самых злых словах Айви улыбнулась, почти ласково, почти по-доброму, только глаза оставались потерянными. Каждое слово давалось с трудом, а Джейсон был настроен слишком серьёзно: вспороть её и извлечь на свет всё то, что она последние две недели старательно закапывала. Хоронила.
— Господи, Джейсон, я же не долбанная диснеевская принцесса, чтобы рыдать у тебя на груди, что ты хочешь от меня? — а вот когда взял за плечи, Паунсетт всё же вздрогнула. Захлебнулась в собственном отчаянии и не могла ни выплыть, ни просто вздохнуть. Она старательно сматывала в клубки всё это тянущее, вяжущее, а Вульф ввалился без предупреждения и начал распускать и разбрасывать, сведя к нулю всю её старательную работу. И было ещё страшнее, чем в прошлый раз. А что, если в этот она просто не сможет? Внутренний голос, конечно, подсказывал, что сможет. Она ещё много херни переживёт и перенесёт, но первая любовь — это чувство до тошноты отвратительное.
Он пришёл — молодец. И что дальше? Надеялся, что она в ноги упадёт? Или сразу запрыгнет в порыве страсти. Ну а что, он же сделал всё, что смог: пришёл. Теперь ещё зачем-то пытался развести её на эмоции, неприятно, но это не в первый раз. Подростки в искусстве прицельно попадать по болевым точкам, преуспели лучше, а Айви в школе только ими и была окружена. Ей не страшно, хотя близость Джейсона — одна двухметровая болевая точка. Больше её самой почти в два раза.
— Ты вот сейчас что делаешь? И, главное, зачем? — хотел смотреть в глаза, так смотри. Она дерзко и зло вздёрнула подбородок, вглядываясь в его лицо. Если развести глаза, то оно расплывалось, превращаясь в мохнатую кляксу. Паунсетт не понимала: он то ли сунул нож в рану и теперь старательно крутил в разные стороны, то ли из этой раны с удовольствием питался. Да он же и пришёл сюда, чтобы её сожрать. Нет, не так: надкусить и не добить. Чтобы потом зажило к его следующему приходу, когда будет казаться опять, что всё прошло.
— Я хотела от тебя тебя, Джейсон. Что ты хочешь от меня сейчас? Поговорить? Так говори, давай пройдём, сядем на диван, поговорим, если ты считаешь, что в этот раз это должно закончится лучше, — старалась показать ему, что не боится. Она же сильная, дерзкая, смелая. И глупая.
— Я не ненавижу тебя. Я тебя боюсь, — и чего стоила вся её бравада, если она так ловко выдала, о чём думала. А, может, так и лучше. Вульф же пришёл за правдой, так вот она, пусть знает. Она его боится. Боится того, что он может снова ей причинить. Боится, что он снова пришёл просто так, не имея никакого решения в голове. Пришёл, чтобы снова переложить это решение на неё, потому что так удобнее. Ему-то, в отличие от Айви, было, что терять.

0

16

Она, наконец, подняла голову и посмотрела на него в упор. Хотела — с вызовом, но Джейсону показалось, что он просто застал её врасплох, поэтому глаза её блестели, но не от ярости или злости. Айви сейчас напоминала зверька, загнанного в угол: она огрызалась, то и дело показывая острые зубки, хотя прекрасно понимала, что настигший её зверь сильнее и, может быть, даже голоднее неё. Но это уже было что-то, что-то большее, чем взгляд, пустой от безразличия, большее, чем отсутствие всякого интереса.
— Я хочу, чтоб ты меня услышала. Чтобы больше не думала, что я испугался.
Он впервые сказал это вслух, и его самого покоробило от мысли о том, что именно так и подумала Айви, когда в прошлый раз они с ней дошли до пресловутого «но». Да, она наверняка считала его или трусом, или лжецом, потому и сбежала тогда — подальше от собственного разочарования. А что он? Просто успел привыкнуть к спокойной жизни, к тишине и уединению, и совсем забыл о том, каково это, когда жжёт изнутри.
— В этот раз ничего не закончится, Айви. Не для меня.
Это прозвучало странно и, может быть, даже немного страшно — во всяком случае, сам Джейсон почувствовал, как что-то сжалось у него внутри. В прошлый раз Айви застала его врасплох, а теперь они поменялись местами. Теперь Джей искал повода, искал возможности приблизиться к ней хоть на шаг, прекрасно понимая, что загнанная в угол девочка рано или поздно выпустит когти. И всё-таки она до сих пор не выгнала его, не отослала ко всем чертям и даже не отмахнулась, когда Джейсон подошёл слишком близко.
Он неосознанно сделал к ней шаг, забывая о том, что коридор в доме Паунсеттов слишком узок, и что ещё чуть-чуть — и Айви упрется спиной в стену. Но остановиться он уже не мог: она привязала его, и каждая их новая встреча теперь только больнее въедалась в мозг, заставляя тянуться к ней, и чем дальше пыталась уйти от него Айви, тем настойчивее он её преследовал.
— Ты меня наизнанку вывернула,  — вдруг сказал Джейсон, всё-таки отступая немного назад, но лишь для того, чтобы дать им обоим хотя бы вздохнуть — ему казалось, что воздух между ними стал густым, словно горький дым, и этот дым сейчас разъедал лёгкие: каждое слово давалось с трудом, как будто кто-то колол изнутри раскаленными прутьями. —  Я себя таким не знал,  — совсем тихо, глухо, не отводя взгляда от её лица; он больше не нависал над ней, стоя на некотором расстоянии, и всё же она без труда смогла бы дотянуться до него рукой, если бы захотела. —  Боишься... Я не обижу тебя. Даже если бы захотел — не смогу,  — ещё шаг — и вот уже Джейсон стоял у стены, чувствуя спиной её прохладу; наверное, всё это уместнее было вчера, когда мужчина был пьян, тогда Айви могла бы свалить на его бред такую странную откровенность, а сейчас он, должно быть, выглядел просто смешно. Но теперь его это совершенно не беспокоило: во всяком случае, он был абсолютно честен и с ней, и с собой. —  Я не такой сильный, как ты, это правда,  — он усмехнулся и пожал плечами. —  Я не могу с этим справиться. Ты — как будто у меня под кожей. И мне некуда деться.

0

17

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Айви не могла сделать вид, будто этих двух недель не было. Да каких двух недель? Последних трёх месяцев, когда между ней и Джейсоном гулял холодный ветер. Что изменилось и когда? Летом, когда ей сказали больше не ходить следом? Осенью, когда говорили, что так нельзя, и всё это того не стоит? Вчера, пока он ползал вокруг машины на четвереньках? Где тот резкий поворот, который помог им вырулить, а не улететь в кювет? Айви, кажется, его пропустила, а от того не спешила верить.
— Я тебя слышу, — она была спокойна, в этот раз даже не огрызнулась — ведь действительно слышала, хотя пока не особо верила. Если не испугался, то что тогда? Ведь оттолкнул, два раза точно. И если первый раз она приняла скорее за обиду, он же сам развеял это заблуждение после, будучи уверенным, что они договорились, и что так только лучше.  А теперь сам же свои слова опровергал, и Айви просто не могла найти причины, чтобы окончательно в них поверить.
— Практика показывает, что у тебя это и помимо желания хорошо выходит, — чуть усмехнулась она.
Хотел — не хотел, но задел же до самой глубины души. И даже если сам верил во что-то другое, легко мог с одной неосторожной фразы перевернуть всё вверх дном. Паунсетт всё равно сдавалась: смотрела, как он мечется по коридору, словно дикий зверь по клетке, и ловила нарастающее сочувствие. Тревога помогла этой жалостью не захлебнуться, а Джейсон подходил всё ближе, но вовремя остановился, кажется, сам поняв, насколько неуместным сейчас было бы подобное сближение.  Потому что, если он пришёл залезть к ней под юбку, для этого не стоило так распинаться. Айви удержалась от ободряющего прикосновения. Сейчас такой контакт мог бы сыграть с ними злую шутку. Девчонка чувствовала и волнение, и наэлектризованный воздух — и всё это грозило бы закончится на диване вовсе не мирным чаепитием. А после Джейсон решил бы, что зря они это всё. Опять. Какой-то бег внутри колеса, который Паунсетт хотела наконец остановить.
— Послу... — она хотела что-то ещё сказать, что-то ободряющее, и это уже читалось в её смягчившемся лице, но по улице двигалась машина и не ожидаемо проехала дальше, а подъехала прямо к дому. Айви осеклась и выглянула из-за шторы на улицу. Зачем-то вернулся отец, пока ещё трезвый, стало быть, не окончивший свой рабочий день. Может, забыл что-то важное?
— Это папа, — с лёгким удивлением поведала она, наблюдая, как Берт глушит мотор. Айви повернулась обратно к Джейсону. На языке вертелось что-то в духе «прячься в шкаф», но Вульф и без её дурацких шуточек выглядел весьма измученным. Паунсетт решила смилостивиться над ним, и приближение отца теперь было только на руку. По крайней мере, в этот раз всё не закончится очередной катастрофой. На секунду она замялась, не зная, что именно должна сделать. Поцеловать? Ограничиться поцелуем в щёку? И в итоге коснулась руки Джейсона, подразумевая, что между ними воцарилось, по крайней мере, шаткое перемирие.
Берт толкнул входную дверь, и Айви возникла перед ним, словно стараясь загородить Вульфа своим телом. Возможно, это тоже был тест: мнение соседей — это не так страшно, куда больший страх для Джейсона представляли его сын и Берт.
С одним из страхов теперь предстояло встретиться лицом к лицу. Если, конечно, Вульф не успел выпрыгнуть в окно. Он мужчина крупный, но с его прытью всего ожидать можно...
— Привет, что-то случилось?
— Забыл ножовку для Патрика. Джейсон, — Барт кивнул соседу и засуетился. Вульфу было неудобно, отцу было неудобно. Мистер Паунсетт, хотя и среагировал столь буднично, словно Джейсон жил у них в доме, явно боялся дочери и её реакции на вмешательство.

0

18

Джейсон внимательно смотрел на Айви, надеясь увидеть в её лице хоть что-то, что дало бы ему повод понять, что он, по меньшей мере, не отвратителен ей. А во взгляде девочки и впрямь поменялось что-то, и Вульфу показалось даже, что его слова, если не были поняты и приняты, то, во всяком случае, были услышаны. Он даже подумал, что её взгляд как-то потеплел, а усмешка, хоть и далека была ещё от улыбки, не казалась теперь такой горькой, как прежде.
Джейсон обернулся к окну, за которым, — он не был уверен, но как будто разглядел сквозь шторы, — кружились мелкие снежинки, и понял вдруг, что ему отчаянно хочется выйти на улицу. Ему было душно, тесно, казалось, что стены узкого коридора буквально давят ему на плечи, и что воздуха на них двоих с Айви здесь катастрофически не хватает, а потолок настолько низок, что он не может даже поднять голову. Джею подумалось, что нечто подобное он ощущал в тюрьме, когда понял, что дверь его камеры открывается только четыре раза в день, и весь привычный мир на долгие годы схлопнулся для него до размеров это проклятого тюремного блока. От этих мыслей по хребту иглами прошлась дрожь, Вульф передёрнул плечами.
Айви хотела ещё что-то сказать, а Джейсон уже готов был умолять её выйти во двор из душного дома, где по крайней мере не давят стены, и можно хоть раз вздохнуть полной грудью, и пропади они пропадом эти проклятые соседи вместе с их длинными языками и вездесущими взглядами. Но девочка не договорила, выглядывая в окно, за которым шумел подъезжающий автомобиль. Услышав о возвращении Берта, Джей только неопределенно качнул головой и сделал шаг от стены, не без труда вставая в полный рост и оборачиваясь к входной двери.
Возвращение соседа было неожиданным, но, к собственному удивлению, Джейсон не почувствовал того горького разочарования от чужого вмешательства в их разговор, на которое можно было бы рассчитывать. Он знал, что и так успел сказать слишком многое, возможно, даже больше, чем когда-либо вообще кому-нибудь говорил, и теперь ему казалось правильным сделать паузу. Но ему чертовски жаль было, что Айви так и не сказала ему того, что хотела, Вульф знал, что теперь долго ещё будет думать об этом не сказанном, но девочка вдруг коснулась его руки — коротко, буквально за мгновение до того, как Берт появился на пороге.
Джейсон хотел взять её за руку, но не успел. Ему отчаянно не хватало того физического, что уже было между ними, хотя он и понимал, что это неправильно и ему стоит набраться терпения. Дверь распахнулась, принеся в дом морозный воздух, и Вульф едва сдержался, чтобы по-животному не втянуть эту прохладу всем своим существом. Возвращение Берта было неожиданным, но не совсем уж неуместным — во всяком случае, теперь Джейсон имел возможности осуществить свой утренний план практически без участия Айви.
— Здорово, сосед,  — он выдавил приветливую улыбку и сделал шаг навстречу Берту, осторожным касанием за плечи прося девочку отойти в сторону. —  А я к тебе. Айви сказала, что ты на работе, я думал зайти вечером. Хорошо, что пересеклись. Я совсем забыл про долг, а ты и не напомнишь,  — он выудил из кармана потёртый бумажник и протянул Берту сложенные купюры. —  Я же брал у тебя недавно взаймы, а вернуть забыл. Спасибо, ты меня очень выручил,  — он многозначительно посмотрел на Паунсетта, настойчиво вкладывая деньги в его растерянно раскрытую ладонь; ему показалось, что Берт понял его, и Джейсон искренне надеялся, что ему не придёт в голову прямо сейчас демонстрировать уязвленную гордость — не ради себя, ради дочери. — Ладно, бывай,  — он похлопал его по плечу и пошёл к выходу. —  Пока, Айви,  — обернулся он, уже почти выйдя на улицу; лицо обдало прохладой, он почувствовал кожей крошечные крупинки снега и вздохнул, наконец, полной грудью, неспешно направляясь к дому.

Эшбёрн объяла рождественская суматоха. На радость туристам, чьё поломничество в город зимой едва ли уступало летнему, улицы понемногу наряжались праздничным убранством, и с наступлением темноты Эшбёрн зажигался сотнями ярких огней. Школьные каникулы наводнили город молодежью, слоняющейся без дела то тут, то там, а в центре на площади выросли, как из-под земли, крошечные палатки, где местным и туристам продавали глинтвейн и горячие крендели. Фигурки толстяка-Санты и красноносого Рудольфа заметны были то тут, то там, и горожане, следуя традициям, уже спешили украсить к празднику собственные дома.
Джейсон никогда особенно не любил Рождество. Он не имел ничего конкретного против этого праздника, ни с религиозной, ни со светской точки зрения, просто в какой-то момент он перестал быть для него событием, и вся рождественская суета для него в последние десять лет была связана исключительно с сыном. Для него покупались украшения и наряжалась ёлка, к нему в гости приезжали бабушка и дедушка из самого Портленда, пару раз они и сами ездили в гости к ним, ужин, обязательное посещение городской ярмарки — всё это делалось для младшего Вульфа. Но грядущее Рождество едва ли обещало приятные сюрпризы. Джею казалось, что сын отдалился от него, а потому теперь он отчаянно пытался придумать хоть что-нибудь, что помогло бы им снова довериться друг другу, поборов это неуместное, непривычное напряжение. Но так или иначе, предпраздничные приготовления никто не отменял, и в этот вечер Джейсон собирался украшать двор.
Он прилаживал к забору цветную гирлянду, когда увидел, как на участке через дорогу суетится Берт, вытаскивая лестницу из старого сарая. Джей присмотрелся к светящимся соседским окнам, и заметил Айви, занятую чем-то на кухне. С того дня, как он пришёл к ней, чтоб объясниться, прошло чуть больше двух недель, и хотя нельзя было сказать, что за это время между ними что-то наладилось, они больше не избегали друг друга. Жаль только, что повода ещё раз поговорить наедине им так и не выдалось.
Джейсон окликнул Берта, глядя на то, как он потащил лестницу куда-то за дом.
— Эй, сосед, нужна помощь?
Но Паунсетт только заулыбался, как-то неопределенно махнув рукой, и Джей, пожав плечами, направился в сарай за инструментом.

0

19

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Гринч украл Рождество у Айви 13 лет назад. С тех пор они пару раз ещё пытались отмечать этот праздник, но после того, как пьяный отец упал на бумажный замок и его измял, желание резко сошло на «нет». Лучше уж никакого праздника, чем вот этот. В общем-то жизнь Айви была вполне спокойной и безо всяких запланированных празднований, и она редко задумывала о том, как это у других. Лишь иногда после каникул, когда за соседними партами девчонки без умолку трещали о том, как ездили с родителями кататься на лыжах, о том, как им подарили новый браслетик, или ещё о чём-нибудь таком, Паунсетт вспоминала, что у других людей рождественский вечер проходит с семейным ужином и подарками. Из атрибутов праздника у них с отцом было только украшение дома — потому что глава улицы беспрестанно требовал украшений. Приходилось вновь вытаскивать это всё добро из сарая и забираться на козырёк над крыльцом. Из года в год гирлянды и снеговик не менялись, некоторые лампочки перестали гореть, и всё это грозило однажды закончится коротким замыканием, но увы, на новые денег не было.
Денег всё ещё не было, хотя те, что Вульф сунул отцу в руки, сослужили хорошую службу. Айви быстро отобрала почти всю сумму и накупила еды. Холодильник больше не выглядел таким унылым, как и его хозяйка. Но Паунсетт никак не могла отделаться от мысли о том, сколько теперь должна. То, что никакого долга не было, понятно и ежу. И дело не только в том ошалелом выражении, которое появилось на лице отца, но и в самом факте, что у Паунсеттов нет лишних денег, чтобы их кому-то одалживать. будь Айви чуть более гордой и упрямой, она бы Джейсона догнала и отдала бы всё обратно, но она, увы, хотела есть. И оплатить электричество, без которого было бы совсем грустно. Тут одно из двух: ты или гордая, или сытая. Выбор оказался очевиден. Но на листочке сумму долга она себе, конечно, написала. И закрепила возле зеркала в комнате — чтобы ни в коем случае не забыть. Что-то вроде плана на случай, если она вдруг разбогатеет. Зима вообще самое гиблое время, и не только из-за заснеженных полей — под снегом ещё и чей-нибудь четвертак отыскать оказалось сложно. А ведь это была большая часть заработка у Айви. В общем, сбор средств для возврата грозил затянуться до самого выпускного, но Айви всё равно упорствовала, хотя с неё никто ничего не просил. Эти мысли она и перебирала раз за разом, пока разбиралась с посудой и другими домашними делами.
Сбоку за окном что-то пронеслось, и Паунсетт сначала решила, что это огромная птица, выбравшая не самое удачное время для туризма. Сомнения зародились после ещё одной вытертой тарелки, и Айви вышла из кухни на крыльцо в переднике и с полотенцем в руке. Отец развалился неподалёку от крыльца, и, хотя снег немного смягчил падение, приземление оказалось не слишком удачным.
— Фак. Фак-фак-фак! — выругалась себе под нос Айви, — Ты что, пил? Ты меня слышишь?
Отец слышал, и пахло от него лишь чуть-чуть, а не как обычно. То есть, для себя он был очень даже трезв, но не факт, что козырёк крыльца с ним в этом был солидарен. бросив полотенце на крыльце, Айви бросилась в дом, сорвала трубку и... нет гудков. Счёт за телефон-то они не оплатили: вон он, лежал на полке у входа немым укором.
Айви чуть не снесла калитку Вульфов, когда ворвалась к ним на участок. А потом, судя по усилиям , пыталась выломать им дверь. Но никто не открыл. Искать Джейсона в сарае она сейчас бы не догадалась, поэтому просто пыталась взять дом штурмом.
— Чёрт, — ударилась рукой сильнее, чем рассчитывала, вот молодец, — Мне просто нужен телефон, ну пожалуйста.
Айви показалось, что её просто не хотят видеть, поэтому и не открывают, и уже собралась войти вопреки приглашению, как удивлённый Джейсон появился отнюдь не из дома, а откуда-то сбоку.
— Отец упал. Телефон отключен. Мне нужно вызвать скорую, — резюмировала она, понимая, что если не будет говорить кратко и чётко, то вся её речь превратится в долбанную скороговорку. После каждого предложения короткий вдох, чтобы унять панику и дрожь во всём теле.

0

20

Джейсон залез в ящик с инструментами едва ли не с головой — так бывает всегда, когда ищешь что-нибудь конкретное, именно оно находится в самом низу, под ворохом ненужного в данный момент барахла, если вообще находится. И это никак не связано с тем, как часто проводится уборка: Вульф не терпел бардака в своих вещах, поэтому порядок в сарае поддерживал постоянно, и всё-таки проклятый паяльник, так нужный ему сейчас, как будто провалился сквозь землю. Гирлянда, которую он купил на городской ярмарке, оказалась не слишком качественной: половина лампочек просто отказывались гореть, а Джей подозревал, что всё дело в паршивых проводах, и что стоит подпаять аккуратно в паре-тройке мест — и всё будет работать, как часы. Конечно, можно было бы плюнуть и с оказией в Портленде просто купить другую гирлянду, но по части работы и желания починить всё, что сломано, в целом штате Джейсону едва ли нашёлся бы равный.
Он увлечённо копошился в ящике с инструментами, натыкаясь то на старый шуруповёрт, доставшийся ему вместе с домом от прежних хозяев, то на гаечные ключи, то на сомнительного вида моток проволоки. Дверь в сарай была приоткрыта, но стоя спиной к выходу, Джейсон не услышал шума на участке соседей и не увидел, как встревоженная Айви промчалась к его дому, пулей взлетая на крыльцо. Он не слышал, как она стучала в дверь, но не найдя паяльник в сарае, решил поискать его в кладовой, и выруливая к дому из-за угла, почти столкнулся с девочкой на узкой тропинке у крыльца.
— Что стряслось?
Он никогда не видел Айви в таком состоянии, казалось, что она была на грани паники, и видно было, с каким трудом даётся ей каждое слово. Бедняга Берт всё-таки не совладал с лестницей — Джейсон чертыхнулся с досадой: надо было ему настоять на помощи.
— Беги, телефон в кухне,  — Вульф кивнул девочке. —  Я пойду к нему.
Берт лежал перед крыльцом, в полубессознательном состоянии как-то неловко шевеля головой, и судя по тому, как нелепо была вывернута правая голень, без переломов не обошлось. Джейсон бегло осмотрел его, пытаясь обнаружить ещё какие-нибудь внешние повреждения, но ничего особенного не заметил. Он прекрасно знал, что падения с высоты гораздо больше опасны скрытыми внутренними травмами и переломами в области шеи и основания черепа, но судя по тому, что несчастный Берт без особого труда двигает головой и даже пытается, кажется, что-то сказать, всё было не так уж страшно.
— Лежи смирно, не шевелись,  — Джейсон чувствовал запах спиртного — не так, чтоб слишком, но вполне отчётливо. —  Высотник хренов, твою мать...  — тихо выругался он, представляя себе, что несчастная Айви теперь намучается с отцом ещё больше. —  Тридцать три несчастья, и куда тебя, дурака, понесло...
Берт попытался было пошевелить рукой, то ли отмахиваясь от Джейсона, то ли пытаясь за него схватиться, но застонал и притих, прикрывая глаза. Вульф с досадой покачал головой. Лишний раз шевелить, а тем более перемещать Паунсетта было нельзя — не известно, какие травмы, кроме очевидных, он мог получить, но до приезда скорой помощи просто оставлять его лежащим на снегу тоже было неправильно. Джейсон снял куртку и накрыл ею Берта. Оставалось рассчитывать только на то, что медики не заставят ждать себя слишком долго.
Айви уже возвращалась от дома Вульфов, и Джей поднялся, делая шаг ей навстречу.
— Ну что, вызвала? Он сломал ногу, ну и сотрясение наверняка получил, больше я ничего не заметил. Думаю, до приезда врачей лучше его не трогать,  — он осторожно взял девочку за плечи. —  Эй, ну ты как? Всё будет нормально.

0

21

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
По 911 ответили сразу, но потом началась тягомотина. Под конец Айви уже не понимала, приедет ли машина вообще, и была готова, бросив трубку, попросить у Джейсона помощи в транспортировки. Она уже в десятый раз говорила, что не помнит номера страховки и не может сейчас посмотреть. Но в итоге приятный женский голос пообещал, что всё будет. Айви выдохнула и на трясущихся ногах вернулась к своему дому.
— Скоро приедут, — кивнула она, чувствуя, что ноги подгибаются. Поддержка Джейсона оказалась кстати, и Паунсетт не испытывала никакого стыда, чуть прижавшись к мужчине прямо посреди улицы, позабыв о том, что всё ещё стоит в домашней одежде и переднике на улице. На отца смотреть категорически не хотелось. Айви с удовольствием поддала бы ему носком кроссовка под рёбра, но мужчине и так досталось, не хватало только побоев.
— Вы поедете? — кажется, врач говорил что-то ещё, но Айви даже не слушала. Голоса доносились до неё издалека. Перед домом стояла скорая, отца поместили на носилки и уложили в машину. Паунсетт моргнула и поняла, что последние полчаса, как в тумане. Паника вылизала все воспоминания шершавым языком, оставив только густой туман.
— Н-нет, — Айви моргнула, возвращаясь из забытья; она поняла, что с фельдшерами общался Джейсон, ей самой оставалось только приходить в себя, — мы поедем следом?
Паунсетт перевела взгляд с работника скорой на Джейсона, и от того её тон стал вопросительным. Она смотрела и как бы спрашивала: «ты же меня не бросишь?» Девчонка боялась остаться одна, потому что с больницами прежде никогда не сталкивалась. Она не знала, что там надо делать, куда идти, какие документы везти. Не знала совершенно ничего, и это странное чувство беспомощности было хуже всего происходящего в целом. Обычно Паунсетт знала, что делать, куда идти, даже финансовый вопрос не был для неё настолько обезоруживающим. Так или иначе, деньги где-то находились, судьба была милостива. То ли дело что-то от неё независящее: медицинские палаты, лечение, документы.
Джейсон имел бы полное право отказаться, просто Айви не хотела бы этого. Она не представляла, как с вот этим справиться сейчас одной, как разобраться, и у кого спросить.
— Прости, что навязалась тебе. Я просто растерялась, — Айви поняла, что держит Джейсона за руку и неловко выпускалась. Без скорой и без отца, лежавшего перед домом, всё стало выглядеть резко странно, и соседи наверняка прильнули к окнам, жадно вглядываясь в происходящее. А Вульф всё же предпочёл откровенничать за закрытыми дверьми, а не на глазах у всех. Человека, который был к ней доброжелательно настроен, Айви опять подставляла, за что ей стало почти стыдно.
— Нужно что-нибудь накинуть и взять с собой документы, — Паунсетт повернула к дому и уже на злосчастном крыльце обернулась, — Джейсон...
«Я тебя не заслуживаю», — вымученно читалось в её глазах.
— Спасибо за то, что ты здесь. — девчонка зашла в дом, и лихорадило её больше от внезапного осознания, чем от холода. Она же портила Вульфу жизнь своим присутствием. Она портила ему репутацию, портила отношения с дочерью, мешала найти достойную женщину, которая стала бы достойной хозяйкой в соседском доме. Айви была помехой, которую следовало бы устранить в ближайшее время

0

22

Скорая, наконец, подъехала, и начавшаяся вокруг пострадавшего Берта суета на время отвлекла Джея от Айви. Медики бегло осмотрели его, — примерно также, как сам Джейсон некоторое время назад, — записали данные: имя, возраст, род занятий, обстоятельства, при которых были получены травмы. Более подробный опрос будут производить уже в больнице, когда помощь Паунсетту будет оказана, и можно будет обстоятельно поговорить с родственниками. Точнее сказать, с одним единственным — дочерью, которая стояла сейчас чуть поодаль, ни жива, ни мертва.
Джейсону больно было смотреть на девочку: она выглядела совершенно отстранённо, как будто все её мысли и чувства были сейчас обращены строго внутрь — туда, где за отступающими шоком и растерянностью уже вставал в полный рост вопрос: а что дальше? И дело было даже не в том, насколько Айви привязана к отцу или насколько зависима от него, — Вульф был уверен, что это сейчас, если и играло роль, то второстепенную, — а вот очевидное дальнейшее развитие событий ничего хорошего не предвещало: больница, тягомотина со страховкой, которая то ли была, то ли не было, и необходимость ухаживать за больным человеком. Если Берта оставят в больнице, ей придётся ездить туда к нему, если нет — ещё хуже, и он мёртвым грузом повиснет на её шее дома. Джей мусолил эти мысли всё время, пока разговаривал с медиками и помогал укладывать Паунсетта на носилки. Он был паршивым отцом, и всё же Айви никогда прежде не оставалась  совершенно  одна.
— Да,  — он кивнул врачу, коротко ответив на совсем растерянный взгляд девочки. —  Мы всё соберём и приедем.
Машина скорой помощи уже выруливала из переулка, когда рука Айви стыдливо выскользнула из его ладони. Джейсон хотел сказать ей, что она не навязывалась, и что он в любом случае готов помочь ей — по-соседски, или как-то ещё, в этой ситуации это не имело значения. Оставить её одну в такой момент было бы просто не по-человечески. Но он только кивнул ей, с досадой чувствуя, как между пальцами пробежал холодный ветер, когда девочка всё-таки убрала руку.
— Собирайся. Я тоже переоденусь, и мы поедем. Нужно, наверное, собрать отцу, на всякий случай, какие-то вещи. Я зайду за тобой.
Джейсон видел, как она обернулась на крыльце, но ничего не ответил. Только неопределённо качнул головой и коротко улыбнулся.
Дома он переоделся и сел за стол на кухне, собираясь оставить сыну записку, чтобы он не переживал, когда не застанет отца дома. Он покрутил карандаш в пальцах и написал на разлинованном стикере: «Я уехал с Айви в больницу, её отец упал с крыши», но потом подумал и, сорвав исписанный лист, написал по-другому: «Наш сосед упал с крыши, я поехал к нему в больницу. Поужинай без меня». Перечитав ещё раз и удовлетворительно кивнув, Джейсон накинул куртку, сунул в карман ключи и бумажник, и вышел из дома.
Снег усилился, и Вульфу показалось даже, что температура на улице упала ещё на пару градусов. Он перешёл дорогу к дому Паунсеттов и, проходя к крыльцу, остановился, чтобы поднять с земли злополучную лестницу и убрать её с дороги в старый сарай. Джейсон подумал о том, что Айви, должно быть, чертовски злится сейчас на отца — он бы на её месте злился. Он поднялся по ступеням и, стукнув пару раз в дверь, вошёл в дом.
— Айви, это я,  — крикнул он, выглядывая из коридора; мимо, издав какой-то странный звук, пробежал кот, и Джей подумал, что рано или поздно эта хвостатая зараза нарвется на неприятности. —  Ты готова? Мы можем ехать. Не забудь документы — в больнице наверняка захотят посмотреть страховку.

0

23

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
— Я готова, — отозвалась Айви и внимательно посмотрела на полку с обувью. Скинула свои кроссовки и надела зимние ботинки. Ей потребовалось на это больше времени, чем обычно. Не будь рядом Джейсона, вообще бы, не глядя потянулась бы к полке и в итоге наверняка надела бы разную обувь. Голова немного ехала, но всё же Паунсетт сунула Джейсону в руки пакет с документами.
— Проверь, там всё должно быть, — она вообще не была сейчас уверена, что взяла верные вещи. Ей казалось, она в состоянии перепутать детский рисунок с отцовской страховкой. Или положить от рассеянности последние баксы вместо своего кармана в холодильник, да так и уйти. На Джейсона она сейчас уповала, как на мистическую силу, способную ей помочь, и планировала не отпускать до самого конца. Пока точно не скажут, что всё в порядке, она его не отпустит. Да, Айви Паунсетт планировала использовать сильного, взрослого мужчину, а потом отправить его в свободное плаванье. Неправильно, возмутительно, отвратительно, но она не понимала, что ещё сейчас делать.
Айви села на пассажирское место, пристегнулась на автопилоте и уставилась куда-то на дорогу. Её голова уже ехала, а от того было ещё более странно, когда поехала и машина. Через пару кварталов Айви снова пришла в себя и поняла, что сидит в машине молча, насупившись, не глядя на Джейсона, утонув в собственном подсознании. И она даже не могла точно сказать, обращался ли мужчина к ней или просто дал отключиться от всего.
— Спасибо за то, что помогаешь. Я не знаю, что бы делала без тебя, — она как будто Джейсона хоронила, а не благодарила. Хотелось приглушить тоску прикосновением, но Вульф был за рулём, и Айви боялась его напугать внезапной лаской. Она уже всё решила: у них есть этот день и вечер, а завтра, как только всё разрешится, Джейсон должен быть свободен. Паунсетт пока не знала, как это всё провернуть, но надеялась, что у неё всё получит. Прав был дружочек Джека, что все беды от женщин. Она вот точно одна большая беда, которая постоянно Вульфу досаждает. Несмотря на то, что дорога занимала немного времени Айви умудрилась ещё раз отключиться и проснулась, когда Джейсон заглушил мотор. Уже приехали?

— Паунсетт, да. Через «эс как доллар», — кивала она у стойки регистрации. Неприветливая женщина только закончила пятый разговор по телефону и, наконец-то, была готова выслушать Айви. Ответ оказался коротким и совершенно непонятным: врач к вам выйдет, ждите.  Вульф вернулся с кофе, и Айви присела рядом, мозг уже не отключался, но чувствовала она себя совершенно разбитой.
— Знаешь, много раз думала, что будет, если отца не станет. Но никогда не думала о больнице и о том, что делать в такой момент, — призналась она, отпив из стаканчика, — чёрт, я бы сейчас чего-нибудь погрызла.
От нервов проснулся голод или просто желание чем-то занять и руку и голову. Подошли бы какие-нибудь чипсы или что-то в этом духе. наверняка автоматы с ними где-то есть. Но нет денег. Вернее, их не слишком много, и Паунсетт предпочитала бы их никуда не тратить до момента, пока им озвучат стоимость пребывания в больнице. Всё, что как-то слышала Айви — это то, что страховка всей стоимости не покрывает, но очень надеялась, что всё обойдётся по приемлемой цене.

0

24

Джейсон бросил на заднее сиденье сумку с вещами для Берта и документы, и открыл девочке дверь впереди. Он завёл мотор, глядя через лобовое стекло на то, как мелкие снежинки манной крупой осыпают город, и включил дворники. Слепые зимние сумерки опускались на Эшбёрн, и в переулке загорались первые фонари, Джейсон выехал на дорогу, прибавляя газа, и обернулся к сидящей рядом с ним Айви. Девочка молчала, глядя куда-то вперёд, и Вульф не решился сказать в очередной раз, что всё будет хорошо, и что он не оставит её одну. Уже не оставил — очень хотелось, чтобы Айви понимала это.
— То же самое, что и со мной,  — пожал плечами Джейсон, когда девочка, отвлекшись от своих мыслей, снова обратилась к нему с благодарностью. —  Ну, может быть, только немного медленнее, —  он улыбнулся, оборачиваясь к Айви. —  Ничего, все мы теряемся в каких-то ситуациях, с которыми не сталкивались раньше — это нормально. Не переживай.
Джейсон не любил больницы, и хотя ему самому нечасто приходилось бывать в них, эта стерильность и подчеркнутое равнодушие белых стен всякий раз действовали на нервы. Покупая в автомате кофе, пока Айви спрашивала об отце у стойки регистрации, Вульф вспоминал себя, растерянного и ошарашенного, сидящего на кресле в пустом гулком холле в такой же больнице, где врачи, уже успевшие узнать о страшном убийстве, произошедшем в пригороде Портленда, оказывали помощь его отцу. Джей был тогда не многим старше Айви, он в одночасье лишился почти всей своей семьи, и раненый, раздавленный горем отец был последним близким ему человеком. Правда ему, в отличие от девочки, некому было помочь: узнав о случившемся, соседи, как крысы, попрятались по своим норам — никто из них не открыл Вульфу дверь и не предложил своё участие. Джейсон был совершенно один в ту морозную ноябрьскую ночь, и навсегда запомнил это страшное, гнетущее ощущение.
Он вернулся к Айви, протягивая ей бумажный стаканчик. Она держалась молодцом.
— Никто об этом не думает,  — Джейсон покачал головой. —  И в этом вся ирония жизни. Ничего, завтра это всё покажется тебе дурным сном. И я уверен, с отцом всё будет в порядке.
Он хотел предложить ей купить чипсов или галет, когда увидел высокую женщину в медицинской форме, идущую по коридору в их сторону, и поднялся с кресла, делая шаг навстречу врачу.
— Мисс Паунсетт, — она обратилась к Айви, бросив на Джейсона лишь беглый взгляд. — У вашего отца перелом большой берцовой кости, сотрясение мозга и множественные ушибы внутренних органов. Мы считаем, что его жизнь вне опасности, но с особым вниманием отнесемся к нему в ближайшие сутки — нужно исключить всякую вероятность внутренних кровотечений, к сожалению, при падении с высоты это не редкость. Сейчас он спит, не думаю, что стоит его беспокоить. Завтра вы сможете его навестить. Есть кому отвезти вас домой?
Женщина многозначительно посмотрела на Джейсона и он утвердительно кивнул.
— Да, спасибо, мы поняли. Айви, подожди меня в машине,  — он протянул девочке ключи. —  Я разберусь с документами и приду.
Страховка Берта, конечно, не покрывала лечение, и Вульф был готов к этому с самого начала. Он прекрасно понимал, что если у Айви и есть деньги, то их девочке придётся, видно, растянуть надолго — не известно, как скоро её отец оправится от травм настолько, чтобы вернуться к работе. Джейсон внёс необходимую сумму, намереваясь соврать Айви, если она спросит его о страховке. Он прекрасно понимал, что чувствовать долг перед кем бы то ни было — отвратительно, но чувство голода и отчаяния всё-таки хуже.
— Ну, вот и всё,  — он вернулся в машину, где уже сидела Айви, стараясь вести себя с ней как можно более уверенно и спокойно; в конце концов, самое страшное позади, а потом, как знать, может быть, Берт после этого инцидента чему-нибудь да научится. —  Всё, Айви, выдыхай. Всё в порядке,  — Джей осторожно погладил девочку по щеке. —  Как насчёт того, чтобы поужинать? Не знаю, как ты, а я, когда нервничаю, готов сожрать слона. У тебя не завалялся слон, нет? Тогда заглянем в магазин на заправке,  — он улыбнулся Айви и завёл мотор.

0

25

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Обычно от Айви подобное не ускользало. Она была очень внимательна и замечала мелочи, которые другие упускали. Зачастую как раз из-за того, что в школе ей редко удавалось на переменах с кем-то поболтать, Паунсетт предпочитала изучать и наблюдать. И она бы точно увидела все те жестикуляции, которыми обменялись Джейсон и женщина, но мысли в это время были совершенно в ином месте. И Айви только кивнула, послушно двинувшись в сторону машины. Поразительно, она сегодня ни разу мрачно не пошутила, ни разу не огрызнулась. Сама не своя.
Айви опять чуть-чуть задремала. Нервы её вымотали, и она просто не знала, куда себя ещё деть. Сейчас она даже не соображала, что нужно было отдать за лечение деньги. К сожалению, доход отца не считался достаточным для 100% покрытия лечения, и кое-какую сумму нужно было вносить так или иначе. Но Паунсетт предполагала, что об этом будет сказано позже — когда они поедут его забирать. На самом деле всё могло бы быть ещё хуже: отца могли бы не принять из-за долгов, и тогда его пришлось бы везти обратно домой, пусть даже и с гипсом. А Айви все каникулы потратила бы на то, чтобы ему помогать. Он ведь не смог бы ни по лестнице подняться, ни в ванну забраться. От этих мыслей становилось дурнее всего. Айви была привязана к отцу, но вовсе не настолько, чтобы становиться сиделкой. Беспомощность — и отцовская, и своя -  выкручивала ей руки.
— Ты как-то долго, я боялась... — она сама не знала, чего именно боялась. Прикосновение Джейсона действовало, как всегда, успокаивающе, и от этого было немного больно. Айви была рада, что он здесь, рядом, он у неё есть, Но неприятная правда состояла в том, что Джейсона у неё нет, не было и едва ли когда-нибудь будет. Тому, что есть между ними, кажется, стоит оставаться в подвале.
— Я дышу, — она едва заметно улыбнулась, наконец-то вышло победить сонливость, и последние несколько часов отступили, как страшный сон. Айви старалась сделать вид, что ничего не происходило, как будто завтра ей вновь не придётся к этому возвращаться.
— Мне хватило бы и четверти слона, — кокетливо заметила девчонка. Её внешний вид совершенно не сочетался с тем, что происходило внутри. Кокетливая улыбка и на сотую не передавала того стыда и раздрая. Айви чувствовала, что врёт. Врёт себе, врёт ему. Делает вид, что всё хорошо — не с отцом, а с ними. А с ними всё не может быть хорошо, и даже не потому, что она школьница, а он взрослый мужчина. Это ещё можно пережить — осталось каких-то полгода до выпуска из школы, а там все сплетни, все разговоры забудутся, всё станет иначе. Но Паунсетты из совершенно другого мира. Мира, где всегда проблемы, где никогда нет денег, где выживаешь, как можешь, а выживать приходится каждый день. Айви кокетничала, как будто у неё было будущее, как будто был шанс стать достойной личностью; как будто это не она шантажировала соседей за их отвратительные секретики; как будто не она воровала с полей картошку, а из магазина мелочи, которые плохо лежат. И Джейсон видел в ней хорошую соседскую девочку, даже не догадываясь, что на самом деле Айви плохая.
Они так быстро доехали до заправки, что Айви не успела и пары слов сказать. На улице уже совсем стемнело, и соседи, наверное, уже готовились ко сну, кто-то наверняка даже спал. Время летело незаметно, ещё недавно было светло.
— Что ты хочешь? — Айви выглядывала из-за плеча Джейсона на полки, опасаясь, что если подойдёт ближе, попытается что-нибудь стянуть, а то и ещё хуже — купить. Она очень хотела сделать самый сытый вид из всех возможных, чтобы Вульф не подумал тратить на неё деньги. Но взгляд то и дело падал на какую-нибудь шоколадку и пачку чипсов, и Паунсетт вспоминала, почему обычно не заходит в подобные места. Она слишком давно не позволяла себе подобных вкусностей.
— Может, я опять подожду тебя у машины? — её голос нервно дёргался от осознания, что в любой момент можно сорваться и накупить какой-то ерунды, а потом об этом жалеть. Это был ещё один минус — Джейсон заставлял её забывать о том, что всегда нужно считать деньги и экономить. Он жил совсем иначе.

0

26

Джейсон взял корзину для покупок и вместе с Айви двинулся вглубь небольшого универсама, круглосуточно открытого рядом с городской заправкой. Здесь можно было купить по мелочи практически всё, от сигарет до мыла, что делало магазинчик одним из самых посещаемых мест на въезде в Эшбёрн. Обычно здесь было много народу, горожан и приезжих, и просто тех, кто проезжал мимо, но сейчас между полками бродили всего пара человек — поздний час и не слишком хорошая погода делали своё дело.
Джей стоял, глядя на полки с товаром, пытаясь выбрать хоть что-нибудь, что не пришлось бы слишком долго готовить, и чем можно было бы всё-таки поужинать по-человечески. Он догадывался, как сейчас неудобно Айви, но едва ли девочка могла себе представить, что ему, Джейсону, было не по себе гораздо больше: он прекрасно понимал, что девочка не примет его помощь, как помощь, что обязательно усмотрит в этом жалость, а может быть, ещё что-то похуже, — мало ли, вдруг он так воспользовался ситуацией и решил её подкупить, -  и она будет гнобить себя очередными сомнениями и чувствам долга, который не сможет отдать. И Джей понятия не имел, как сделать так, чтобы Айви не сомневалась в его искренности и просто позволила ему быть рядом, потому что он сам так захотел этого.
Он подумал о том, что отправить девочку в машину, наверное, действительно было бы правильно — во всяком случае, тогда они сумеют избежать необходимости как-то делить сумму чека на кассе, ведь надежды на то, что Айви позволит Джейсону просто расплатиться, было немного. Он взглянул на улицу через стекло витрины, глядя на шатающихся возле заправки шумных подвыпивших ребят, и покачал головой, едва заметно нахмурив брови — нет, отпускать её одну на улицу паршивая идея.
— Нет, лучше побудь рядом,  — Вульф снова посмотрел на полки. —  Не знаю, нужно взять что-то, с чем поменьше возни.
Один из тех самых ребят, что веселились на улице, вдруг вошёл в магазин и, приплясывая, направился к стойке с пивом. И когда парнишка поравнялся с ними, проходя за спиной, Джейсон как-то интуитивно приобнял Айви, загораживая от незнакомца.
Измучившись выбором, он в итоге положил в корзину два готовых пирога, которые нужно было просто разогреть в духовке, один с телятиной, другой с вишней, пару бутылок сока, пачку чая, тостовый хлеб, бекон, мясные чипсы и какую-то ещё мелочь к чаю. Нарочно заговорив с кассиром о какой-то ерунде, не давая Айви отвлечься от укладывания еды в пакеты, он быстро расплатился и, как бы невзначай оставив чек на кассе, поспешил отнести покупки в машину.
Они подъехали к дому, и Джейсон посмотрел на свои окна. Было уже поздно, и свет нигде не горел — должно быть, сын давно спал. Но он совершенно точно был дома — это было понятно по отсутствию на крыльце старых ботинок Джейсона, в которых он обычно работал во дворе: парнишка занес их внутрь, прежде чем запереть дверь. В животе тоскливо заурчало — после всего произошедшего и правда чертовски хотелось есть.
Джей занёс сумку на кухню Паунсеттов, думая о том, что хотя Берт и был не самым лучшим на свете хозяином, дом без него выглядел как-то уж совсем уныло. И даже кот, обычно так раздражавший Джейсона своим умением вечно путаться под ногами, сейчас как-то тихо сидел на подоконнике, обнявшись собственным хвостом. Вульф даже почесал его за ухом — не удержался, настолько у кота был жалкий вид.
— Если соберёшься завтра к отцу, я подвезу тебя,  — обратился он к Айви, выкладывая на стол покупки. —  Я завтра ничем не занят, так что мне не сложно,  — он разорвал коробку, вытаскивая мясной пирог, и кот спрыгнул с подоконника, неспешно идя на запах. —  Скорее ставь его в духовку,  — он протянул пирог Айви, усмехаясь. —  А то у нас тут конкурент нарисовался.

0

27

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Джейсон делал ей больно. Всё, что он делал, и то, как он это делал, заставляло её ещё сильнее сжиматься. Страшно, что она привыкнет, откроется, а потом он снова уйдёт. А ведь он уйдёт, когда сойдёт пелена первого очарования, или когда у него глаза на Паунсетт откроются. Айви посматривала на него по дороге от заправки, слишком ясно понимая, как сильно он старается. Помогал, оберегал, заботился, не подозревая о том, что она этого всего не заслужила.
Айви быстро ополоснула руки и по привычке выглянула поверх занавески в окно над раковиной. У соседей свет не горел, ну и слава богу. Все спят. Проверила, чтобы в духовке не было ничего лишнего — вдруг кот-разбойник умудрился припрятать туда тушку воробья. С этим мохнатым стоило всегда быть на стороже. Но нет, духовка была чиста и пирог тут же был отправлен внутрь нагреваться. А это значило, что подошло наконец-то время для разговоров по душам. Айви не очень хотела начинать, и Джейсон сам предложил помощь, подводя её к тому, о чём нужно было поговорить.
— Джейсон, об этом. Ты слишком много сделал для меня, — она покачала головой, как бы говоря, что это не дело, — А ведь у тебя есть своя жизнь, свой бизнес, сын. И на носу Рождество.
Последнее вспомнила совершенно случайно, прокручивая в голове картину дня. Внутри у многих уже наверняка стояли ели, висели украшения, в дверных проёмах кокетливо покачивались веточки омелы, поджидая случайные пары. В доме у Паунсеттов ничто не напоминало о скором наступлении праздника. Теперь-то предпраздничная неделя запомнится надолго.
— Тебе наверняка нужно будет разобраться с работой перед праздниками, закупить подарки для близких, — она уже вся такая собранная, как будто кто-то другой судорожно дрожал, держа Джейсона за руку и опасаясь перепутать документы; Айви была действительно хороша в описании мрачных бытовых картин, — ты не можешь просто всё бросить и нянчиться со мной. Это неправильно, ты же понимаешь.
Она даже не спрашивала, а утверждала, считая, что Джейсон действительно понимает. Он ведь должен мыслить рационально, раз даже она на это способна. Она ведь никогда не просила у Джейсона чего-то, что он сейчас пытался дать, и это её тоже очень сильно пугало.
— И сколько ты потратил на заправке? Я должна тебе денег, Джейсон. Нет, пожалуйста, не отказывайся, я не могу это принять... Джейсон, мы не в таких отношениях, чтобы я брала у тебя деньги, — эти слова уже давно вертелись у неё на языке, и теперь они оказались озвучены. И странно, но звучали они совершенно иначе, чем в голове. Более того, в них читалась какая-то странная недосказанность, какой-то бурный намёк, как будто бы Айви хотела сказать, что всё было бы иначе, если бы они состояли именно в таких отношениях. Но когда Паунсетт подняла на Джейсона серьёзный и вопросительный взгляд, она ещё не успела прочувствовать, что именно сказала. Всего лишь ждала какого-то вразумительного ответа. Пусть даже и спора на тему денег. Она, конечно, тоже понимала, что Вульф не может иначе, но не собиралась отступать.

0

28

Джейсон слушал Айви, сидя за столом и боковым зрением наблюдая за тем, как усилившийся снег за окном мягко укрывал Эшбёрн. Он ложился на деревья, крыши домов и дорожки в саду, мягким одеялом накрывая землю, и всё это напоминало просто детский сон: бесконечный снегопад, как белый шум, тепло дома и запах вкусной еды. Джейсону показалось на мгновение, что стоит ему прикрыть глаза, и он услышит где-то за приоткрытой дверью тихий разговор отца и матери, почувствует запах своей детской постели — словно привычно уткнулся носом в складку пухового одеяла, словно за окном тихая ночь, а он — просто маленький мальчик. Джейсон подумал, что давно уже ему не было так хорошо, жаль только, что Айви совсем не могла разделить этого его чувства.
— Но я не собираюсь нянчиться с тобой, Айви,  — он пожал плечами, глядя на девочку, сидящую за столом напротив него. —  Ты ведь не ребёнок, да? Ты справишься. Я просто хочу, чтобы ты могла обратиться ко мне, когда тебе нужна помощь. Я просто знаю, каково это, когда тебе нужна помощь, но всем наплевать,  — Джейсон улыбнулся и протянул Айви руку ладонью вверх. —  Знаешь, иногда дело не в том, что ты сам чего-то не можешь, а в том, что не на кого опереться, чтобы сделать шаг.
Да, Джейсон знал это и, пожалуй, слишком хорошо. Он рано начал рассчитывать только на себя: страшная смерть сестёр и матери, сумасшествие отца — ему было восемнадцать, и он едва ли рассчитывал на то, что справится сам. В отличие от Айви, он был не таким гордым и принципиальным, и охотно принял бы помощь от всякого, кто бы её предложил. Но желающих не нашлось ни тогда, ни после.
Вульф посмотрел на Айви с улыбкой. Она была сама серьезность — такая правильная, такая разумная, совсем взрослая. Похоже, что её просто отпустили эмоции, и теперь здравый смысл брал верх: она больше не пряталась за Джейсоном, считая это стыдным, недопустимым, а скорее всего, просто опасаясь, что рано или поздно он попросит от неё чего-нибудь взамен. Что ж, в жизни Айви Паунсетт, похоже, было не так много искренности, её можно было понять.
— Ты и не брала у меня деньги,  — заметил он, и в этом не было подвоха: Джейсон знал, что девочка не возьмёт денег, и поэтому не предлагал их ей, просто оплатив больницу и еду без её участия. —  Я просто сделал то, что посчитал нужным, и это было моё право. Не волнуйся за меня, я в состоянии оценить ситуацию,  — он говорил совершенно без упрёка, почти ласково, хотя серьезный взгляд Айви того и гляди прожёг бы в нём дырку. —  Ты можешь не переживать ни за меня, ни за моего сына. Поверь, я с этим справлюсь, раз справлялся до сих пор. И дело не в отношениях, ты в любом случае мне ничего не должна,  — он немного наклонил голову, глядя на пирог в духовке. —  Ну, разве что пару кусков этого пирога,  — Джейсон снова заулыбался и пригладил бороду; нет, он вовсе не собирался превращать происходящее в фарс глупыми шутками, он тоже устал и просто хотел, чтобы Айви хоть немного отпустила себя после и без того трудного дня, чтобы хоть раз в жизни поверила в то, что кому-то может быть не наплевать на неё, и просто приняла это. —  Правда, Айви, не сердись. Я ни на что не рассчитываю взамен, и я помог тебе просто потому, что хотел этого. Мы поужинаем, и я уйду, как только ты скажешь. Ты дорога мне, и это правда, но это тебя ни к чему не обязывает. И если ты захочешь вернуть мне деньги, я возьму их,  — соврал Джейсон. —  Но только не сейчас. Не раньше, чем твой отец оправится после больницы.

0

29

[nick]Ivy Pounsett[/nick][status]  [/status][icon]http://sh.uploads.ru/UEDw0.png[/icon][ls1]Айви Паунсетт, 18[/ls1][ls2]чирлидерша[/ls2]
Джейсон подтвердил страшные опасения Айви — он действительно чёртов идеальный мужчина. Как её вообще угораздило? Ведь когда она влюблялась, она была уверена, что он просто нормальный. Обычный человек, сосед, дружелюбный — да, заботливый, явно хороший отец, ну и крайне привлекательный. Но ничто не предвещало беды. И что с ним таким делать? Она-то в отличие от Джейсона в товарно-договорные отношения верила и относилась бы ко всему гораздо проще, если бы ей дали возможность расплатиться так или иначе, но он всё превращал в пожертвования, и вот от этого становилось действительно тошно. Сейчас вот Айви смотрела на него и снова ничего не понимала. А ведь, если задуматься, с того момента в подвале прошло много времени и, возможно, это она всё поняла совсем не так. Возможно, речь была как раз о том, что Вульфу жаль её. Она вовсе не была ему интересна, как женщина. Тот этап давно прошёл, вся неловкость и тревожность забыла. Остался только тёплый уют и покой, который несло с собой присутствие Джейсона.
— Хорошо, — Айви вложила свою руку в распахнутую ладонь Джейсона: видишь, так и быть, я тебе доверяю, — я поняла, что ты имеешь в виду. Прости, я как-то не думала, что это для важно.
Она слышала в голосе Джейсона о его горьком опыте и впервые понимала, что то, что он сейчас делал, больше касалось не самой Айви, а его. Мысленно, должно быть, он возвращался в прошлое и исправлял ошибки других взрослых — тех, которые ему тогда не помогли.
Она для него должно быть что-то вроде младшей сестры. Той Китти, которую он когда-то потерял, и сейчас нашёл возможность хоть кого-то опекать, когда человеку это нужно. Это звучало вполне разумно, тем более, что обострённое чувство вины Айви подозревала у него давно. И он просто старался искупить то, что так и не успел.
— Но как только у отца всё наладится, у нас будут деньги, я всё обязательно отдам. Я не забуду, ты не думай, — она взглядом дала понять, что настроена в этом вопросе крайне серьёзно, — Но до сих пор ты и не тратил половину выходного на помощь соседской девчонке.
Айви была выразительна, но на этот раз явно не злилась, поднялась из-за стола, чтобы достать пирог и, вооружившись, большим ножом, разделила его на несколько частей.
— Я предлагаю пойти в гостиную и включить телевизор, — улыбнулась она. Дебаты окончились, можно становиться милой девочкой, о которой с такой охотой заботился Вульф. Айви разложила пирог на тарелку и ловко вывернула из кухни в гостиную. Они с отцом уже давно перестали устраивать семейные обеды. В то время, когда мама была жива, они, вроде бы, всегда ели на кухне. Паунсетт смутно вспоминала, что и там был небольшой телевизор, но именно его продали одним из первых после похорон. Посиделки на кухне закончились, и каждый теперь ел в разное время. Порой Айви вовсе забирала еду в свою комнату, чтобы только не видеть пьяного отца. Он же питался дома только перед работой, судорожно пожирая что-то из холодильника, чтобы не разгневать дочь своим присутствием. В гостиной тоже не было посиделок, но обстановка здесь была не такая гнетущая. Ковёр на полу, телевизор, журнальный столик — всё предельно обычное, но как-то менее вымученно, чем в кухне. Айви нашарила в диване пульт и включила телевизор. Новости, какое-то шоу, ещё шоу, порнография... Паунсетт судорожно покраснела и так быстро нажала на пульт, что махом переключила несколько каналов, на весь экран кровавое месиво — это вот уже, что надо.
— Кайф, — Айви забралась на свою половину дивана, поджав ноги, и потянулась за куском пирога. Какой-то ужастик, хвала небу!

0

30

Джейсон отпустил руку девочки, на последок осторожно сжав её теплые пальцы. Как-то слишком легко она согласилась, как будто неверно восприняла его слова. Он вдруг подумал о том, что Айви так и не отреагировала в прошлый раз на его неловкое признание, тогда им помешал Берт, но и сегодня, его слова о том, что девочка дорога ему, как будто не вызвали у неё никаких эмоций — она не покраснела, не смутилась, не рассердилась. «Я поняла, что ты имеешь в виду» — нет, Вульф был почти уверен, что не поняла. А может быть, поняла, но всё действительно отболело в девичьей душе за прошедшие месяцы, и всё теперь предельно просто: она обратилась за помощью, он помог, и Айви просто не может сказать ему, что теперь ей гораздо лучше, и он может идти по своим делам. Джейсон вдруг подумал, что на самом деле именно это она и твердила ему пару минут назад — у тебя куча дел, приятель, займись лучше ими, а я уж как-нибудь сама, спасибо, что не отказал в помощи. Он хмыкнул собственным мыслям, наблюдая за тем, как девочка по-хозяйски достаёт пирог из духовки, но всё-таки сдержал порыв уйти из дома Паунсеттов немедленно: намёк Айви, если он действительно был, Джей все равно распознал слишком поздно, и просто уйдя теперь, лишал себя, может быть, последнего шанса всё-таки узнать наверняка, переболела им девочка, или между ними осталось всё-таки что-нибудь большее.
Запах пирога быстро разошёлся по кухне и стал почти невыносимо навязчив, когда Айви принялась резать его большим кухонным ножом. Есть захотелось ещё больше, и Джей послушно пошёл вслед за девочкой в гостиную, снова едва не наступив на кота, спешившего обогнать его, повинуясь дурманящему запаху горячей еды. Вряд ли ему достанется хоть кусочек, и Джейсон подумал вдруг, что он немногим лучше этого кота, и что самое желанное ему тоже едва ли достанется, похоже, что шанс свой он уже упустил... Усмехнувшись себе под нос, он прошёл в комнату и тоже уселся на диван рядом с Айви.
На экране мелькнуло женское тело — предельно коротко, чтобы Вульф хоть что-нибудь рассмотрел, но этого оказалось достаточно, чтобы щёки девочки густо покраснели, а палец судорожно вдавил кнопку пульта. Джей только многозначительно повёл бровью и поспешил скрыть улыбку, принимаясь за пирог. Было действительно вкусно, и голодный Вульф съел пару солидных кусков слишком быстро, даже для себя. В телевизоре разыгрывалась кровавая сцена — похоже, «Кошмар на улице Вязов», какой-то из них, и красавчик Фредди очаровательно улыбался с экрана, призывно поигрывая острыми лезвиями. Джейсон плохо помнил сюжет этих ужастиков про Крюгера, но они его всегда забавляли, ему нравилась его шляпа и полосатый свитер, да и вообще, всё это выглядело довольно захватывающе, особенно если всегда держишь в памяти, что реальность обычно куда утомительнее и уж точно гораздо страшнее.
Джей посмотрел на Айви, расправившуюся со своей порцией пирога и сидевшую теперь расслабленно, привалившись на спинку дивана, и подумал, что выбор у него не велик: сказать спасибо за компанию и пожелать спокойной ночи, или попытаться всё-таки сделать ещё шаг, надеясь, что и девочка шагнет ему навстречу. Он ведь не лгал — его тянуло к Айви, и помятуя прошлые ошибки, очень хотелось сделать всё правильно. Насколько это вообще могло быть правильным, если быть честным. Фредди снова появился на экране рядом с несчастной потерявшейся во сне героиней, и под его зловещий смех Джейсон придвинулся ближе и обнял девочку за плечи.
— Айви,  — она обернулась, и теперь он видел её удивлённые глаза совсем близко. —  Уже поздно, я должен идти. Скажи мне,  — взгляд скользнул по её лицу, отмечая, как на секунду нервно дрогнули губы. —  Я пойму, если ты рассердишься, сейчас не самый подходящий момент... Просто ответь: для тебя действительно всё закончилось? Потому что я тогда сказал тебе правду — ты нужна мне. И я действительно не хочу ничего взамен,  — прозвучало неловко, и он нарочно выделил голосом это «взамен», надеясь, что на этот раз Айви всё-таки поймет его правильно. —  Но если для тебя это что-то значит, я... Чёрт,  — Джейсон выдохнул, мысленно ругая себя за невозможность выразить, кажется, самые простые вещи. —  Прости меня, Айви, я идиот,  — он покачал головой и, подавшись вперёд, поцеловал девочку.

0


Вы здесь » Ashburn » Завершённые эпизоды » And in the bad times, I fear myself©


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC