Дорогие друзья, прошёл ровно месяц с тех пор, как мы вновь открыли для вас двери нашего города. Мы поздравляем всех вас с этой небольшой, но очень значимой для форума датой — оставайтесь с нами, а мы уж постараемся сделать так, чтобы вам было не скучно в Эшбёрне. По случаю нашего маленького юбилея мы запускаем первый игровой челлендж и первый сюжетный ивент — следите за новостями!
Elvin MayerJason WolfBillie Madison
сюжетные историисписок персонажей и внешностейбиржа трудашаблон анкетыэшбернский вестник
Добро пожаловать в Эшбёрн — крошечный городок, расположившийся в штате Мэн, близ границы с Канадой. На дворе лето 1992 года и именно здесь, в окрестностях Мусхед-Лейк, последние 180 лет разыгрывалось молчаливое столкновение двух противоборствующих сил — индейского божества, хозяина здешних мест, и пришлого греховного порождения нового мира. Готовы стать частью этого конфликта? Или предпочтёте наблюдать со стороны? Выбор за вами, но Эшбёрн уже запомнил вас, и теперь вам едва ли удастся выбраться...
Детективная мистика по мотивам Стивена Кинга. 18+
Monsters are real, and ghosts are real too
They live inside of us and sometimes they win

Новости города

7 июля 1992 года, около полудня, на эшбёрнском школьном стадионе во время товарищеского футбольного матча между эшбёрнскими «Тиграми» и касл-рокскими «Маури» прогремел взрыв — кто-то заложил взрывчатку под трибунами стадиона. Установленное число погибших — 25 человек, в том числе 20 детей, 64 человека получили ранения разной степени тяжести. Двое учеников, — Джереми Хартманн и Бет Грабер, — числятся пропавшими, их тела пока не были обнаружены. На сегодняшний день полиции пока не удалось установить виновных. На протяжении месяца к месту трагедии горожане продолжают приносить цветы и игрушки в память о погибших учениках, до августа приостановлена работа городской ярмарки.

Горячие новости

Эшбёрнский вестник Запись в квест Проклятие черной кошки Июньский челлендж

Активисты недели


Лучший пост

Голос журналистки на мгновение вывел Джейсона из тягостного морока старых воспоминаний. Яичницу ещё можно было спасти, и мужчина, действуя больше на автомате, разложил содержимое сковородки по широким тарелкам. Аромат поджаренного бекона и свеже сваренного кофе раздражал обоняние, хотелось есть, но все до единой мысли Джейсона были сейчас далеко в прошлом. Читать дальше...

Best of the best

Ashburn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ashburn » Настоящее » Нечто во тьме


Нечто во тьме

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

[02.08.1992] Нечто во тьме

http://via.placeholder.com/245x135/53525a/1a1a1c?Text=Down.com https://i.imgur.com/WYEEjwd.png

Преамбула:
Нил Такер, Кэнди Такер
Нил как обычно отправился перед сном на первый этаж, чтобы принять таблетку. Кэнди, решившая что все уже разошлись по комнатам, планировала ухватить парочку конфет из кухонной вазы. Неожиданно друг для друга, ребята столкнулись посреди коридора, окутанного темнотой.
Резюме:
Если в отыгрыше было что-то сюжетно значимое, опишите вкратце здесь. Это необходимо для упрощения навигации по сюжету

0

2

- Кэнди, детка, тебе действительно пора спать, - мама улыбается девочке, легонько приподнимая краешки губ, и в этой улыбке отчетливо видится не слишком умело скрываемое напряжение. - Уже почти одиннадцать. Даже Лобстер давно улёгся в свою корзину, ты сама видела.
Мама опускает ладонь на голову девочки, и Кэнди неосознанно вздрагивает: у мамы холодная рука, а может быть, это сама Кэнди слишком разгорячилась из-за вечерней возни с братом. Пальцы пробегаются по распущенным волосам, и серьезный, прямой взгляд матери достаточно четко дает понять, что она устала уговаривать дочь, и что терпению её постепенно приходит конец. Обычно Кэнди не приходится укладывать в постель так долго. Обычно девочка охотно гасит свет уже в девять, откладывая в сторону книгу о приключениях Нильса, или другого любимого персонажа, и укутываясь одеялом и обнимая любимого плюшевого щенка, закрывает глазки, желая спокойной ночи всем своим игрушкам по очереди, и через пару минут уже сопит, смешно пошлёпывая губами и то и дело сжимая покрече ухо любимого Бобика. Кэнди послушная девочка, но сегодня что-то особенно разыгралась.
- Это нечестно, мама, - она вздыхает, неловко убирая от лица непослушные пряди. - Нечестно и очень обидно. Никто из вас не ложится спать, я знаю: вы с папой будете смотреть телевизор в гостиной, Лобстер пойдет к Нилу... А он вообще не спит почти до утра! - Кэнди обиженно надувает губы, складывая руки на груди крестом и закрываясь от матери, уже поднимающейся с постели и направляющейся к выходу. - Почему ты не заставляешь его идти спать?
- Милая, Нил взрослый мальчик, - остатки терпения тают на глазах, и в голосе матери звенит уже нескрываемое раздражение. - Вот подрастешь - поговорим. Или ты считаешь себя достаточно большой, и готова остаться в комнате без своей игрушки? - мама вдруг останавливается, и Кэнди испуганно обнимает своего Бобика, пряча его под одеяло. - Вот видишь, - мама опускает ладонь на ручку двери. - Ты еще мала, Кэнди. А маленьким детям положено соблюдать режим. Всё, спор окончен, ложись. И учти: я еще зайду проверить, выключила ли ты свет.
Дверь закрывается и девочка гасит маленький ночник у кровати, обиженно вздыхая, и закручивается в одеяло, поджимая к животу колени и обхватывая их руками. Бобик все еще спрятан под одеялом, и Кэнди осторожно достает его, укладывая на подушку, и прислоняется щекой к его холодному пластиковому носу. Бобик ещё щенок, его подарил ей Нил два года назад, зная, как сестра мечтает о настоящей собаке, и Кэнди любит эту игрушку больше остальных. Она привязывает к его ошейнику ленточку и гуляет с Бобиком, таская его за собой по полу, и очень расстраивается, что ему нельзя погулять во дворе, ведь он плюшевый и быстро испачкается, а о том, чтобы стирать друга в стиральной машинке, конечно, не может иди и речи. Да, они с Бобиком настоящие друзья, и Кэнди не понимает, почему её привязанность делает её маленькой в глазах матери. Она не понимает, почему должна бросить друга, когда подрастет, ведь тот же Лобстер частенько спит на кровати Нила. Бобик, конечно, не живой щенок, но она любит его не меньше, чем любила бы настоящего. Хотя иногда девочка уж слишком сильно мечтает о собаке, так что перед Бобиком становится даже немножечко стыдно. Кэнди вздыхает снова и обнимает игрушку, прижимая к груди.
За дверью раздаются тихие шаги - мама действительно проверяет, погашен ли свет, и девочка слышит почти неразличимый шепот отца, и голос Нила, и кого-то еще из кузенов. В коридоре гаснет люстра, и теперь в щелочку под дверью пробивается только бледно-голубой отсвет телевизионного экрана. Кэнди не очень любит оставаться в полной темноте, поэтому шторы на окне её спальни всегда приоткрыты, и свет уличного фонаря немного приободряет её. Не то чтобы она боялась, но ей почему-то кажется, что в самых темных углах дома всегда кто-то есть, и этот кто-то будто бы не хочет, чтобы его увидели. Кэнди думает, что тем, кому нечего скрывать, незачем и прятаться. И уж точно незачем следить за другими из своего темного угла, поэтому подаренный братом маленький фонарик на всякий случай всегда лежит под подушкой девочки. А того, что хорошо видно и совсем не прячется, нечего и бояться.
По потолку скользит бледный луч, - мимо проехал чей-то автомобиль, - и Кэнди проследила за ним до самого угла комнаты, где на старом шкафу стояла коробка с игрушками. Они были совсем для малышей, и мама давно собиралась передать их кому-то из знакомых, у кого совсем недавно появились детки, но все откладывает на потом. Кэнди совсем не жалко, она охотно поделилась бы любой из своих игрушек. Кроме Бобика, разумеется. Тонкая стрелка настенных часов, всегда напоминавших девочке голову большой совы, дёрнулась, подползая к цифре шесть, и Кэнди немного приподняла голову и зашевелила губами, считая время. Половина двенадцатого, ничего себе! Раздумывая и наблюдая за тенями на стенах своей комнаты, девочка совсем не заметила, что прошло так много времени, а спать почему-то совсем не хотелось. Можно было бы зажечь свет и ещё немножко почитать про Нильса, но тогда мама точно будет ругаться, а с фонариком читать совсем не удобно. Кэнди вздохнула и перевернулась на другой бок, глядя на дерево за окном. Интересно, смогла бы она пролежать так до утра и совсем-совсем не уснуть? Девочка высунула из-под одеяла руку, вытягивая вперед и растопыривая пальцы, глядя на то, как занятно подсвечивает кожу тусклый свет августовской ночи. Она вдруг вспомнила, что вчера не досмотрела сон, а ведь там было что-то очень интересное... Кэнди изо всех сил зажмурила глаза, надеясь все-таки уснуть, чтобы увидеть недосмотренное продолжение, и перед глазами закружились светлые пятна. Ну, нет, так не пойдет. Что-то сегодня совсем не спится.
Синий огонек экрана в гостиной погас, и голоса взрослых совсем перестали доноситься из-за двери. Кэнди показалось даже, что она слышит, как родители закрыли дверь в спальню, и наверное, теперь можно потихоньку зажечь ночник. В сказке маленький Нильс с гусиной стаей добрался до Глиммингенского замка, и девочке было ужасно интересно узнать, поможет ли он его жителям победить полчища крыс. Родители ушли спать, а значит, ничего не случится, если они с Бобиком немножечко почитают. А там, глядишь, и захочется спать. Кэнди вылезла из-под одеяла, одной рукой прижимая к себе игрушку, а другой поправляя кофточку своей синей пижамы, и осторожно ступая по полу босыми ногами, потянулась к ручке двери.
На столе в кухне, в маленькой вазочке, оставались конфеты, она возьмет парочку, - для себя и Бобика, просто чтобы читать было интереснее. Девочка приоткрывает дверь, всматриваясь в темноту. Шторы в гостиной задернуты, так что в коридоре почти ничего не видно, и Кэнди быстро возвращается к кровати, выуживая из-под подушки заветный фонарик, но не торопится включать его сразу же. Она же не боится темноты, ну, если только совсем чуть-чуть. И зажжет его, если только будет точно знать, что-то кто скрытный поглядывает на нее из угла.
[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

+1

3

Нил меланхолично листал страницы учебника, пытаясь сконцентрироваться на подготовке к предстоящему тесту по истории. Выходило паршиво, по иронии хотелось делать все, но только не зубрить даты и исторических личностей. Парень успел пару раз за вечер выпить чай, побренчать на гитаре, перечитать в очередной раз несколько выпусков комиксов, сюжет и диалоги которых уже врезались в память так сильно, что он может спокойно пересказывать их. Поиграл с кузеном в карты, выиграл шоколадный батончик, который после спрятал в ящике стола в своей комнате, чтобы через денек-другой презентовать сестре, которая была дикой сладкоежкой и вечно таскала конфеты из кухонной вазы. Сам Нил был равнодушен к подобным вкусностям, предпочитая делиться с младшими, для которых даже парочка конфет уже большое счастье. Ему они вряд ли поднимут настроение, зато детвора будет в восторге.
В последнее время юноша начал замечать за собой некие странности. И если плохие сны он всегда списывал на бурное воображение, подпитываемое очередным просмотром ужастика или прочтением Лавкрафта, то способность буквально видеть в темноте без источников света несколько смущала. Ранее подобное тоже происходило, но будучи более юным, Такер по прошествию лет списывал такие воспоминания на банальное детское воображение. Его сестра сейчас много во что тоже верит, но далеко не все из ее списка вообще имеет хоть какое-то живое подобие в нашем мире.
Складывалось впечатление, что его сила медленно, но росла. За два месяца он научился, неосознанно конечно, видеть отчетливее. Вместо расплывчатых силуэтов домашней мебели теперь можно вполне прилично было углядеть спинку дивана или дверцы шкафа. Он даже мог тускло, но видеть цвет предметов.
Первое время это очень настораживало. Особенно в купе с тем, что данный «дар» действовал исключительно в темноте без единого луча света. Даже слабый лунный свет. пробивающийся сквозь плохо зашторенные окна будто делал Нила как все — обычным.
Имея не самую хорошую привычку подолгу засыпать, Нил частенько просто лежал в комнате с погашенным светом, пытаясь мысленно считать овечек. Казалось бы — типичный ритуал отхода ко сну. Тело постепенно расслабляется, усталость одолевает и сознание погружается в сон. Но непонятно по каким причинам тьма теперь будто даровала ему энергию. Желание спать уходило, появлялось ощущение бодрости, ясности ума, словно он проспал двенадцать часов и буквально пять минут назад поднялся с постели.
Такой расклад вызывал интерес. Такер начал проводить эксперименты со своей особенностью, не замечая, как становится зависимым от темноты, словно наркоман. Палящее солнце и раньше не доставляло ему никакой радости, но теперь действовало будто сильнее. От ярких лучей приходилось прятаться под шляпой и очками, иначе в глазах начинали скакать «зайчики».
Кот вел себя со своим хозяином несколько отстранено, предпочитая находиться в его комнате только когда там есть свет.
Страх поселился, когда в один день Нил очнулся  от того, что его трусит испуганная мать. Школьник лежал посреди своей комнаты, на руках имелось несколько царапин от кошачьих когтей, хотя мисс Таннер в тот момент подумала, что это сын баловался с лезвием, вымещая эмоции на своем теле. Вещи вокруг были  разбросаны. Но самое главное — в памяти ничего не было. Ни единого крошечного воспоминания о том, что происходило или предшествовало инциденту.
Испугавшись от возможности потерять свой рассудок, Нил начал приучать засыпать себя только при свете. Да и вообще торшер теперь всегда горел в его комнате, как только на улице начинались сумерки. Шторы были заменены на другие, с менее плотной тканью.
Боязнь вновь совершить нечто подобное поселило с юноше паранойю, которая поспособствовала бессоннице. На лице появились голубые полосы под глазами, а вечное желание спать превратило сделало подростка заторможенным.
Обеспокоенная его состоянием мать отвела его к психологу, тот назначил небольшую терапию и таблетки. Нил молчал. Старался говорить на отвлеченные темы, храня свою тайну. Так было спокойнее. Может, ему это действительно все причудилось от большого переутомления?
Наручные часы, валяющиеся где-то у прикроватной тумбочки, прозвенели, оповещая о том, что самое время пить лекарство.
Парень нехотя встал с кровати, откладывая учебник. Повернув ручку двери, он проскользнул в коридор, а там... Было достаточно темно. Нервно взглотнув, Нил решил спешно пройти на кухню, может, пронесет.
Недавний поход в гараж за ящиком инструментов скорее вселял в Такера надежду, что все случившееся ранее — просто почудилось. Он в тот день спокойно забрал нужные инструменты даже не включая свет.
Глаза ничего не видят. Просто темнота.
«Это хорошо,» — спешно обрадовался Нил, аккуратно ступая по коридору вдоль стены, двигаясь по памяти.
В глазах зарябило. Брюнет пару раз моргнул, после сильно растирая лицо. Появилось множество искрящих точек — как итог обильного трения глаз.
Вокруг начали постепенно проявляться силуэты мебели, обставленной в доме. Старый шкаф с хламом, горшок с цветком у входа в комнату.
— Нет, нет, — растерянно прошептал школьник, ускоряя шаг.
Руки перестают слушаться его. Впереди виднеется маленький силуэт. Не иначе сестренка. Но почему она не спит?! Юноша озлобленно выдохнул. Уж лучше бы она спала. Они сам не знает, что может сейчас произойти, но лучше ей держаться подальше.
Оказавшись возле ребенка за считанные секунды, он хватает ее за руку и разворачивает к себе. Кэнди  не видит лица брата — слишком темно. Но вот Нил.. Все начинает проявляться в деталях, как на фотоснимке. Испуг застыл на ее лице, малышка еще думает закричать или подождать, что скажет брат. Но из горла парня вырывается лишь приглушенное бульканье.

0

4

Кэдни делает шаг за порог своей комнаты и секунду медлит, слепо вглядываясь в темноту коридора. Нога трётся об ногу, чувствуя, как сквозит по полу - должно быть, у родителей в спальне открыто окно. Крошечные пальчики поджимаются, когда девочка перекатывается на пятки, зябко вздрагивая, левая рука покрепче прижимает Бобика, а правая держит наготове фонарь, уже нащупав пальцем выпуклую круглую кнопку. Кэнди делает шаг, бесшумно и осторожно, словно в той игре, в которую они часто играли с братом, когда пол - это лава, и наступать можно только на каждую третью плитку, стараясь перепрыгнуть как можно ловчее. Она, конечно, не прыгает, но осторожности её движениям не занимать, ведь крошка-Кэнди не хочет, чтобы её услышали. Ни родители, ни кто-либо другой.
Темнота пугает Кэнди, но она не рассказывает об этом никому, кроме Бобика. Мама, конечно, догадывается, поэтому возле постели девочки стоит маленький нарядный ночник, проецирующий на стены и потолок красиво мерцающие звёзды и полумесяц, и поэтому шторы на её окнах всегда приоткрыты. Мама думает, что все дети боятся темноты, и Кэнди просто ещё слишком маленькая. "Перестанет бояться, когда подрастёт," - однажды сказала она папе, но Кэнди только упрямо поджала губы: нет, она не маленькая, всё дело в том, кто прячется в темноте. Но родители не видят его и не верят дочери. Как это типично для взрослых.
Впервые Кэнди заметила его два года назад. В тот вечер была страшная гроза, ветер оборвал провода, и в доме не было электричества. Мальчишки обрадовались и принялись бегать по этажам, то и дело прячась и пугая друг друга, но Кэнди не боялась, зная, что Нил не станет нарочно её пугать. Они с мамой сидели на кухне за столом и при свете свечей читали историю про Кристофера Робина и его игрушечных друзей. Кто-то из мальчишек в темноте опрокинул ящик с инструментом отца, и мама вышла из кухни, чтобы приструнить разыгравшихся братьев, а Кэнди осталась одна. Ей совсем не было страшно: на столе горели свечи, голоса родителей слышались совершенно отчётливо, и девочка развернула книжку к себе, медленно водя пальцем по строчке и читая вслух.
- Од-нажды, когда Винни-Пуху делать было со-вер-шенно нечего, он подумал, что всё-таки надо бы чем-нибудь заняться. Вот он и решил за-гля-нуть к Пятачку и посмотреть, чем зани-мается Пятачок.
Кэнди нахмурилась: мама говорила, что нужно учиться читать слова целиком, а не по слогам, но у неё не всегда получалось. Она сосредоточенно сдвинула бровки и продолжила:
- Шёл снег, и Винни плёлся по белой-белой лесной тропинке и думал, что, наверно, Пятачок сейчас греет ножки у огня...
Получилось гораздо лучше, и девочка радостно заболтала ногами, собираясь продемонстрировать маме, когда та вернётся, какая она молодец, как вдруг в углу, возле холодильника, послышался шорох, громкий и совершенно отчетливый. Кэнди обернулась на шум, вглядываясь в тёмный угол, куда уже не доставал свет от заженных свечей, но ничего не увидела. Решив, что это кот, девочка поманила его, зная, что Лобстер обычно охотно отзывается на "кис-кис-кис", потому что Нил приучил его, что за этим всегда следует угощение, но кот не отзывался, а шум повторился снова - ещё настойчивее, ещё громче. Кэнди удивилась, но не испугалась, ведь если это не кот, значит, в дом забралось какое-то другое животное, и девочка не была против познакомиться с ним. Она взяла со стола свечу и, осторожно спустившись с высокого стула, приблизилась к холодильнику, освещая угол, но ничего не заметила. Короткий фитилёк горел совсем слабо и, неосторожно поведя рукой, Кэнди случайно задула крошечный огонёк. Глаза не сразу привыкли к мраку, но спустя пару секунд нечёткие образы стали проявляться: старая мамина сумка, пылесос, прижавшийся к холодильнику, корзина для белья. Девочка не сразу поняла, что у стены стоит треснутое зеркало, снятое отцом со стены в ванной, и вздрогнула от неожиданности, увидев в отражении собственное лицо.
"Какая глупость, пугаться зеркала, - подумала Кэнди. - Я как тот енот, испугавшийся собственного отражения в лесном озере". Девочка улыбнулась самой себе, чуть склоняя голову в бок, и приветливо подмигнула, глядя на то, как отражение послушно повторяет за ней. Она потянула себя за косичку, а потом сморщила нос, изображая пятачок, и помахала себе рукой. Зеркало слушалось, но что-то было не так, и это что-то неуловимо ускользало от взгляда девочки, оставляя где-то внутри липкую тревогу. Кэнди нахмурилась, но отражение по-прежнему улыбалось ей: улыбка растягивалась всё шире, уголки рта ползли вверх, расплющивая лицо в стороны, как будто маску клоуна. Губы вытягивались и искажались, и зубы, маленькие и острые, хищно скалились Кэнди, а глаза, совершенно круглые и стеклянные, как у того карпа, которого мама готовила вчера на ужин, неотрывно смотрели на девочку, гипнотизируя, не давая отвести взгляд. Ей стало страшно так, что захотелось крикнуть, но голос спрятался где-то внутри испуганной канарейкой, и вернувшаяся в кухню мать так и застала дочь возле зеркала - перепуганную, крепко стиснувшую свечу в руке.
Отец выбросил зеркало в тот же вечер, хотя родители, конечно, решили, что Кэнди просто померещилось что-то в темноте. А девочка теперь внимательно рассматривала своё отражение при свете дня и с каждым разом убеждалась всё больше: тогда в тёмном углу на неё смотрел кто-то совершенно другой. Спустя некоторое время, она видела его краем глаза в гараже у отца, за старым верстаком, и в большой гостиной у телевизора - круглые жёлтые глаза наблюдали внимательно, мрачно мерцая в кромешной темноте. А потом Нил чем-то напугал маму, и родители отвели его к психологу, брат стал принимать таблетки и регулярно посещать врача, и Кэнди подумала, что если ей не хочется ездить к психологу вместе с братом, то лучше не рассказывать взрослым о том, кто до сих пор подглядывает за ней из темных углов. Тем более, что избегать его взгляда было несложно - достаточно не оставаться в полной темноте. Но сейчас, по дороге в кухню, темнота облепляла Кэнди со всех сторон.
Ещё один шаг, ещё и ещё, и девочка поспешно засеменила по коридору в сторону кухни. Бобик висел под мышкой, и Кэнди подумала, что будь это живой пёс, ей точно нечего было бы бояться, ведь четвероногий друг непременно защитил бы её, даже в темноте. Девочка ускоряется - до двери в кухне каких-нибудь десять или пятнадцать шагов, но сзади слышится чьей-то дыхание и лёгкие шаги, и маленькое сердечко Кэнди уходит в пятки. Она не замечает, как замедляется шаг, а воображение уже рождает жуткие картины: темнота повсюду, и чужие глаза могут смотреть на неё откуда угодно. Пальцы крепче сжимают фонарик, как вдруг чьи-то руки разворачивают её, и Бобик выскальзывает, падая куда-то на пол, в темноту. И снова хочется крикнуть, но голоса нет, и Кэнди отчаянно жмёт на кнопку, но фонарик не оживает.
- Кто это? - шепчет девочка, почему-то боясь крикнуть громче. - Это ты, Нил?
Да, это он, она почти ничего не видит, но узнаёт брата, а сердце по-прежнему мечется, как растревоженная птичка, и неосторожно отступив назад, Кэнди падает, растерянно шаря по полу ладошками: где-то здесь её игрушка, её Бобик, наверняка тоже испуганный тем, что остался один.[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

0

5

Нил чувствует, как его тело отказывается подчиняться. Пальцы и руки существовали будто сами по себе. На переносице появилась морщинка — юноша старался сопротивляться непонятным силам, боясь навредить сестре. Но сознание будто делилось на несколько частей. Одна половина упорно пыталась воспротивиться, другая же томительно выжидала, пока этот цирк окончится и она возьмет вверх. Так было всегда и будет. Темная сущность сильнее, нужно просто принять это и поддаться.
— Кэ... — Такер пытается сказать в слух имя сестры, но его резко прерывают. Пронзающая боль возникла в области горла, будто кто-то полоснул по нему ножом. Он мог бы поклясться, что действительно чувствовал, как что-то течет по его шее. Такое не может привидеться, ведь так?
Но малышка стояла неподвижно, чем больше злила брата, который с большой радостью хотел приказать ей убираться, если бы мог. Темная сущность лишь насмехалась. Нил чувствовал слабость и обиду. Никаких голосов в голове не было, но нарастающее ощущение, будто над ним смеются или издеваются, только сбивало с толку.
Девочка отчаянно жмет на фонарик, но будто назло он не срабатывает. Юноша беглым взглядом осматривает коридор. Уж видеть пока он мог, это у него не отняли. В кромешной тьме блеклыми серыми очертаниями, словно на черно-белом фото, прорисовывались  объекты интерьера.
Застывшая на месте сестра испугано глядела в мрак. Нил видел, что она смотрит невпопад — не понимает, на какой высоте у брата голова.
Школьник еще раз пытается что-то сказать, но не выходит вообще, прямо как во сне, когда способность говорить у тебя отнимает некто свыше.
Замечая, как четче становятся вокруг предметы, Нил ужаснулся от одной лишь мысли, что страх сестры подпитывает его. Мозг отказывался воспринимать происходящее здраво, это вообще не поддавалось никакому анализу!
Руки крепко сжимают плечи Кэнди, Нил пытается бороться с некой сущностью, засевшей внутри него. Ему не хочется делать сестре больно, она ни в чем не виновата.
Но сопротивляться у него тоже не получается, он просто не знает как. Нечто насмехается над ним, упиваясь его слабостью, буквально ликуя над тем, как его воля постепенно понижается и желание бороться пропадает.
Аскетичный Нил впервые обозлился на себя сверх меры и приложив все силу, что у него есть, попытался ослабить хватку. Вышло не очень умело и отцепившись от сестренки, он потерял равновесие и припал на одно колено. Странная пульсация в ладонях, словно множество маленьких иголочек, приносило сильнейший дискомфорт.
Ему хочется наказать Кэнди идти в свою комнату, к родителям, да куда угодно, лишь бы не находится больше рядом с ним, но он не может. Слишком жалок.

0

6

Кэнди растерянно шарит руками по полу вокруг себя, в полной темноте пытаясь нащупать игрушку, но Бобика нигде нет. Под пальцами крошится мелкий мусор, и девочка жалобно всхлипывает, резко отдергивая руку: ей кажется, что это насекомые копошатся по полу, и страх и брезгливость безжалостно наваливаются на неё со всех сторон. Поспешно поднимаясь на ноги, Кэнди дрожащими руками выталкивает в темноту фонарик, держа его перед собой, как какое-нибудь оружие, но проклятая кнопка только истерически щёлкает под детскими пальцами, и Кэнди понимает - свет уже не зажжётся.
- Нил, - едва различимый, отчаянный шёпот. - Нил, это же ты, да? Не пугай меня, пожалуйста, Нил, мне очень-очень страшно...
Кэнди зажмуривается изо всех сил, отчётливо слыша перед собой чьё-то сбивчивое дыхание. Да, это её брат, - теперь, снова открыв глаза и дождавшись, когда пульсирующие светлые круги рассеялись, она слабо различала его лицо, - но почему-то сейчас Нил пугал девочку. Он казался ей чужим, опасным, как будто кто-то оттуда, из самой тёмной темноты сейчас стоял за его спиной, наблюдая за ним, контролируя его действия. У Кэнди был кукольный театр, - большая картонная сцена и игрушки-перчатки, надевающиеся на руку, - и почему-то сейчас Нил казался сестре чьей-то куклой. А может быть, это и вовсе был не он, может быть, Нил сейчас спал в своей комнате наверху, не подозревая, что существо, до сих пор прятавшееся в темноте, воспользовалось его лицом и теперь пугает маленькую Кэнди.
Девочка всхлипнула от страха и поспешно вытерла слёзы. Ей было страшно кричать: а вдруг родители тоже оттуда? Брат двинулся вперёд, и Кэнди почувствовала на своих плечах его ладони, холодные и почему-то очень тяжёлые, будто налитые свинцом, они давили так сильно, а может быть, Нил просто плохо стоял на ногах.
- Я потеряла Бобика, - снова тихонько всхлипнула Кэнди. - Он потеряется в темноте, Нил, помоги мне его найти...
Наверное, если бы не исчезнувшая в темноте игрушка, Кэнди нашла бы в себе силы просто убежать. Вернулась бы в комнату, зажгла ночник у кровати и укрылась одеялом под самую макушку - там-то никто её не достанет. Но бросить верного друга совсем одного в этой густой, опасной темноте девочка не могла: это ведь Бобик, её Бобик, самый любимый и почти живой щенок, как же она может оставить его в беде?
- Нил, ты поможешь мне найти Бобика?
Голос совсем дрожит, ещё немного - и Кэнди расплачется, но Нил, кажется, и сам нуждался в помощи. Теперь девочка отчётливо видела, как он медленно оседает на пол, и когда тяжесть покинула её плечи, мальчик упал на колено, так что если бы он мог сейчас поднять голову, Кэнди увидела бы его глаза. Но в темноте перед бледным лицом мелькала только тёмная чёлка брата, и девочка неуверенно шагнула вперёд, опуская вниз руку с бесполезным фонариком, а второй несмело потянулась к голове Нила.
- Что с тобой, Нил? Тебе тоже страшно?
Тонкие пальцы дрожат, уже чувствуя подушечками гладкие волосы брата, и Кэнди убирает от лица Нила тонкие пряди. Едва уловимое движение, - кивок головой, - и перед девочкой распахиваются два мертвых, чёрных провала, чёрных настолько, что даже в этой липкой и густой темноте они различимы отчётливо. Сердце ухнуло куда-то вниз, ноги похолодели, а голос, крик, замер острой иглой где-то между лопатками. Кэнди стояла, не шевелясь, не в силах отвести взгляд от черных дыр, бывших когда-то глазами её старшего брата, не в силах отдернуть руку или закричать. Темнота смотрела на неё его глазами, и скованная ужасом девочка, вдруг затряслась крупной дрожью, не в силах сдвинуться с места.[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

0

7

Нил со всей силы прикусывает нижнюю губу, когда сестричка говорит ему о том, что он ее пугает. Ненависть. Ненависть к себе возрастала. Прежде ему не доводилось терять над собой контроль. А если подобные происшествия и случались, то в случайно порядке регулировались окружающими. Те же родители, которых он испугал вечером, столкнувшись с ними при спуске в подвал, повели себя куда оперативнее, включив свет, который тут же свел все попытки сущности на нет, но все же зародил в головах матери и отца мысль, что с их ребенком что-то не так. Сам юноша смутно помнит этот момент, считая, что те слишком сильно отреагировали на его появление, поскольку в детстве он любил вот так пугать домочадцев, выпрыгивая из-за дивана или шкафа.
В любом случае, то, что происходило с родителями...На это Нилу было плевать. Подростковый период разрушил и без того хрупкие мосты, наспех выстроенные матерью, когда становилось ясно, что сын всячески пытается от них отдалится. Но Кэнди ему была не безразлична. Какой бы порой надоедой и почемучкой она ни была, Нил любил свою сестру и обещал ей, что обязательно защитит ее. Но сейчас выходило как-то скверно.
Такер видел, как на щеках девочки блестят тонкие дорожки от слез. Но в одно мгновение силуэт сестры начал становится более мутным. Очертания расплывались, словно случайно упавшая капля краски на бумагу. Он плакал? В последний раз Нил делал это будучи, примерно, в возрасте своей сестры, когда неудачно свалился с велосипеда, пролетев добрых полтора метра. Но сейчас от безысходности, от понимания собственной жалости, от слез ни в чем неповинного ребенка, Нил почувствовал, как его глаза увлажнились. Мутный силуэт пропал — школьник захлопал глазами, пытаясь снять возникшую режущую боль. Ему было плохо, но это все, что он мог сейчас. Просто беспомощно осесть на полу.
— Кэнди, — вновь попытался он, ошарашенно распахивая глаза, чувствуя незнакомые нотки в своем голосе, который стал на порядок грубее. Ухватив себя за горло, Такер испуганно поводил по шее, но та была цела.
— С, — изо рта вырвалось лишь что-то похожее шипение, словно Нил пытался изобразить змею. Кажется, до него начало доходить, в чем проблема. Что с ним не так.
Все эти разы, когда он случайно сталкивался с близкими при малейшем намеке на тьму, их спасением был любой источник света. Фонарь, солнце — не важно. Все это тут же останавливало Нила и не позволяло представлению продолжиться. Было пару очень спорных моментов и помимо родителей, но дед списал все на опьянение, а кузен воспринял как шутку. В любом случае, им повезло и их спас свет. Но что насчет Кэнди? Чертов фонарик отказывался работать. Нил усмехнулся, вспоминая, как подарил его малышке, даже не предполагая в тот момент, что эта вещица может стать единственным спасением от него самого же.
— Свет, — кашляя, бубнит он, чувствуя, как тьма вновь начинает брать над ним верх. Окружающий его интерьер стал виден еще четче, как и его младшая сестра. Ну же, милая, беги к выключателю! Спаси не только себя, но и своего горе-братца, будь чуточку смелее.
Нил с радостью сказал бы ей это, но он не мог. Это было странно — бороться с тем, чего ты не видишь, что не можешь схватить, но что ощущаешь скорее на уровне подсознания. Будто какой-то паразит засел  у тебя в голове или теле.

0

8

Кэнди зажмуривается от страха, вся сжимается, надеясь, как испуганный зверёк, казаться ещё меньше, чем есть на самом деле. Свободная рука сжимается в кулачок, и девочка чувствует, как вспотела её ладошка. Фонарик в другой руке отчего-то кажется теперь невозможно тяжёлым, так что держать его становится совсем неудобно, но Кэнди давит изо всех сил на проклятую кнопку, надеясь, что свет, наконец, загорится. Кэнди - умница, она знает, что свет исцеляет тьму, выводит на чистую воду всех, кто имеет дурные намерения и грязные мысли. И свет непременно исцелит её брата, если только этот фонарик наконец заработает!..
Девочка шумно всхлипывает, - ещё немного - и дамба прорвётся, выпуская поток детских слёз, - Кэнди чувствует, как уже пощипывает глаза, и как тугой ком подкатывает к горлу. Губы её задрожали, она больно прикусила язык, чтобы только не думать о страхе. А что если Нил никогда больше не вернётся? Тот, настоящий Нил, за которым ей так нравится наблюдать, когда он читает, или делает уроки. Тот самый, который ещё совсем недавно охотно ловил с ней бабочек во дворе старым заплатанным сочком, и который находил светлячков, очень по-взрослому объясняя сестрёнке, что светятся в них вовсе не звёздочки. Что если кто-то спрятался в Ниле, за его лицом и его глазами? Что если этот кто-то больше не отпустит его?
Кэнди чувствует злость - настоящую, жгучую, как стекающие по бледным щекам слёзы. Кто бы ни смотрел на неё сейчас из глаз старшего брата, он не имеет права мучить его. А Нил говорил с ней как будто из последних сил, просил зажечь свет, чувствуя, что в этом - спасение для них обоих, и девочка уже сделала несмелый шаг назад, всё ещё не открывая зажмуренных глаз, и надеясь, что ей действительно хватит злости и смелости, чтобы добраться до выключателя. Раньше она поднималась на цыпочки, тянулась вверх, насколько могла, и только тогда самыми кончиками пальцев доставала до выпуклого рычажка на стене. Но за последний год она серьезно вытянулась, - так говорил папа, - и теперь, наверное, достать до выключателя ей будет ещё легче. Только бы не оцепенеть от страха, только бы совладать с собой...
Под ногой что-то мягкое вдруг поехало по скользкому полу, и Кэнди почувствовала, как теряет равновесие. Её качнуло назад, и девочка охнула, заваливаясь и вскидывая вверх руки. Палец снова упёрся в кнопку фонарика, и прежде, чем Кэнди приложилась затылком об пол, узкий пучок яркого света выстрелил в темноту, выхватывая на мгновение лицо Нила и освещая его. Должно быть, девочка при падении достаточно сильно встряхнула почти севшие батарейки, поэтому фонарик наконец и сработал, и теперь, слегка приподнявшись на локтях над полом, Кэнди во все глаза смотрела на то, как чернота, густо собравшаяся вокруг брата, медленно тускнеет, рассеиваясь под светом фонарика, который теперь светил ему прямо в лицо. Нил прикрывал глаза от яркого света, всё ещё стоя на коленях, и Кэнди вскочила на ноги, подбегая к двери своей комнаты. Первым её желанием было просто юркнуть внутрь и накрепко закрыть дверь, спрятаться под одеялом и не высовывать носа до самого утра. Но ведь тьма могла снова атаковать Нила, и собрав в кулак остатки смелости, девочка подбежала к выключателю и, наконец, зажгла большой свет.
Освещённая комната разом потеряла мрачные черты. Кэнди казалось, что она видит, как сгустки подвижной темноты прячутся по углам, как будто утекая через стены. Её Бобик валялся на полу, и девочка схватила щенка в охапку, крепко прижимая его к себе вместе со снова заморгавшим несмело фонариком. В последний раз посмотрев на брата, но так и не решившись подойти к нему, Кэнди забежала в свою спальню и с головой укрылась одеялом, успев предварительно зажечь на тумбочке свой верный ночник.
[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

0

9

События последних пяти минут были словно в тумане, будто это сон. Кошмарный сон. Поток яркого света заставляет сознание проснуться, разум взбодриться. Нил судорожно моргает, чувствуя до жути отвратительную резь в глазах, будто посмотрел на палящее солнце без солнцезащитных очков.
Юноша несколько раз инстинктивно поморгал, пытаясь таким образом снять с глаз напряжение. Жгучая боль постепенно сходила на нет, но этот факт не давал Нилу покоя. Он не помнил, чтобы когда-нибудь его зрение так чутко реагировало на свет. Или? Глупости какие-то.
Топот детских ног, звук закрывания двери. Такер злобно кусает губу, но не чувствует боли. Какой же он идиот. Слабак.
Касаясь пальцами виска, школьник пытается воспроизвести произошедшее. Шел за таблетками. Увидел Кэнди. Туман. Малышка стоит в оцепенении, тихо пуская слезы. Снова провал в памяти. Яркий свет. Конец.
Голова вдруг стала свинцовой. Подняться на ноги было непросто, Нил слегка пошатнулся, вовремя оперевшись рукой о стену. По телу разливалось странное чувство усталости, не испытываемое им ранее. Даже самый загруженный учебный день с тренировкой и работой по дому в придачу так не изматывал.
Смахнув остатки слез с глаз, потерев глаза, будто это поможет снять с них напряжение, юноша подошел к комнате младшей сестры, не решаясь войти.
После такого она вряд ли захочет его видеть. Вряд ли вообще будет вести себя, как раньше. Нил бы на ее  месте тоже очень сильно напугался. Но самой большой проблемой для парня было разъяснение произошедшей ситуации. Как он может поведать ребенку о том, что с ним стряслось, если и сам ничерта не понимает? Соврать, что это приступ лунатизма? В любом случае, беседе с родителями быть. От одной мысли только стало не по себе, Такер напрягся, сжимая руки в кулаки. Мать сразу потащит к психологу, а Нилу меньше всего хотелось, чтобы в его голове кто-то копошился.
- Кэнди, - прочистив горло, начал брюнет, взявшись за дверную ручку, но ответа не последовало. Школьник пару раз поступал в дверь, а после, выждав секунд двадцать, все же отворил ее. На прикроватной тумбе горел ночник. Это радовало. Кто знает, что стряслось бы с ним, окунись он во тьму вновь.
- Кнопка, я не хотел тебя напугать... Я... Такое бывает иногда у людей, - юноша судорожно пытается придумать оправдание, чтобы успокоить ребенка, - Я наверное спал и не понимал, что происходит. Это вроде называется лунатизмом. Слышал, наш прадед тоже подобным болел, - конечно же это было ложью, но вряд ли кто-то, особенно Кэнди, оспорит его слова. Сейчас ему хотелось оправдться перед ней, иначе она до самого совершеннолетия будет избегать его.

+1

10

Кэнди всхлипнула, поджимая колени к животу и крепко обхватывая их руками, вся сжалась, съежилась, накрывшись одеялом, как непроницаемым спасительным куполом. Сразу стало душно и жарко, но девочка чувствовала, как несмотря на влажную испарину, пропитавшую со спины её пижаму, тело бьёт мелкая дрожь - озноб, как если бы она встала босыми ногами на холодный пол. Под одеялом было темно, но сквозь едва заметную, крошечную щёлочку отчётливо виден был свет ночника, и этот свет сейчас казался ей настоящим спасением, надёжным щитом, за которым девочке было уже не так страшно. Потому что темнота сама боится света. И потому что на свету всё становится явным.
Секунду прислушавшись к тишине, Кэнди осторожно вытянула ногу, высовывая из-под одеяла голую пятку. Приятная прохлада пощекотала кожу, кусочек комнаты, который был виден из-под приподнятого одеяла, выглядел совершенно буднично и, кажется, больше не пугал девочку. Она нашарила рукой своего щенка, - игрушка по-прежнему лежала рядом, - и приобняв Бобика, отогнула краешек одеяла, высовывая голову наружу. На мгновение сощурившись от яркого света, Кэнди вздохнула и убрала с вспотевшего лба растрепавшиеся влажные волосы. Произошедшее несколько минут назад теперь казалось девочке просто страшным сном: действительно, может быть, ничего такого и не было? Ведь страшные сны обычно так и случаются - вот ты спишь, и всё в порядке, а потом пугаешься, не понимая толком, чего именно, и от этого страха - оп, и проснулась. Кэнди не часто снились кошмары, но иногда это всё же случалось, и поняв однажды, что мама не может объяснить ей, откуда они берутся, девочка начала додумывать сама - ведь она была взрослой, а взрослые не боятся каких-то там страшных снов.
И вот когда Кэнди уже почти поверила в то, что всё произошедшее, действительно, сон, за дверью послышался голос брата, и девочка оцепенела, чувствуя, как липкий, холодный страх жадно хватает её за щиколотки, стремительно пробираясь под ещё недавно такое надёжное одеяло.
Ручка двери медленно повернулась, и девочка уткнулась лицом в игрушку, с ужасом представляя себе, что вот сейчас в её комнату медленно и настойчиво вползет тьма - густая и липкая, как чернильная клякса, она проберётся в каждый угол, на ходу сжирая последние капли света, как подберется к ней совсем близко, запуская под одеяло свои цепкие щупальца, и прежде, чем поглотить девочку, пристально посмотрит на неё - хорошо знакомыми ей глазами брата... Ей очень хотелось заплакать, даже нижняя губа задрожала и тугой комок застрял где-то в горле, но на пороге комнаты вдруг появился... Нил. Настоящий, хорошо ей знакомый.
Брат заговорил, и Кэнди несмело взглянула на него, всё ещё недоверчиво вжимаясь к изголовье кровати и опасливо обнимая игрушку. Появление Нила не погасило свет её ночника, он, кажется, был самим собой и, кажется, сам был напуган. Совсем как Кэнди.
Девочка дослушала его и очень серьезно нахмурилась - обычно так делал папа, и это значило, что он очень крепко над чем-то задумался.
- Зажги большой свет и иди сюда, - она кивнула брату и ещё больше поджала ноги, подтягивая одеяло к себе и освобождая мальчику место на кровати; дождавшись, когда он присядет рядом, Кэнди посмотрела на брата очень серьезно, задумчиво поджимая губы. - Значит, ты ходил во сне? И совсем-совсем ничего не помнишь?
Нил выглядел расстроенным, и несмотря на то, что буквально пару минут назад он до дрожи её напугал, девочке было жаль брата - похоже, он ничего не знал о той тьме, с которой столкнулся.
[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

+1

11

Легкая волна облегчения прокатилась по телу, когда сестра подозвала его к себе. Значит, еще не все потеряно. Определенно, сегодняшний индицент послужил ему хорошим уроком, впредь Нил такой ошибки не совершит... Да вот только знать бы, в чем была его вина. Странные воспоминания, мелькающие урывками, окутавшее разум чувство страха. Он так разнервничался, что вспотел. Ткань футболки прилипала к спине, будто он только-только вернулся с пробежки. Странно все это.
- Да, это так, - парень утвердительно кивает, присаживаесь рядом с сестренкой. Отчасти в его словах была доля правды - он почти ничего не помнил. Однако, он точно не спал. Собирался ведь спуститься на кухню, чтобы запить лекарство водой, а дальше все как в тумане.
- Я обещаю, что больше не напугаю тебя так, - Такер протянул руку, сжатую в кулак, чтобы Кэнди отвесила ему их фирменный жест, который они использовали, когда здоровались или договаривались о чем-либо, - Поговорю с мамой, попрошу купить лекарств. Все будет хорошо, - Нилу было не по себе от того, что он так уверенно говорит о будущем. Его одолевали сомнения, было столько вопросов, но кто же даст на них ответ? Таблетки... Как бы он не противился лекарствам, если это поможет ему быть нормальным, ему придется  их принимать. По-настоящему, не пропуская время приема. Младшая сестра была, наверное, для него одной из самых близких в семьей. Ему не хотелось испортить ей жизнь, сломать психику.
- Но знаешь, я как-то слышал по телевизору, что лунатики могут проснуться, если им свет включить, - на самом деле Нил понятие не имел было это правдой или нет, он только что придумал этот факт, - Так вот, если такое когда-нибудь еще раз произойдет, сразу включай свет или держи при себе фонарик... - нужно было как-то обезопасить сестру. Пусть лучше она таскается по вечерам на кухню за печеньем с фонариком. Так будет всем спокойнее.
- На днях куплю тебе новый фонарик, который точно будет хорошо работать.

+2

12

Девочка очень серьезно смотрела на брата. Он был растерян и как будто оправдывался перед ней, а Кэнди слушала, и чем дольше он говорил, тем больше ей казалось, что Нил ей чего-то не договаривает.
Девочка слышала про лунатизм: однажды в школе Ронни Беннетт обозвал её лунатиком, наверное, из злости, а Кэнди не поняла, что это значит, и спросила у мамы. Та рассказала дочери, что лунатики - те, кто во время лунных ночей встают с постели, не просыпаясь, и ходят во сне, иногда делая странные вещи. Ронни едва ли об этом знал, и скорее всего имел в виду, что Кэнди просто странная - девочка не обиделась на одноклассника, но разговор с мамой запомнила. И почему-то лунатики представлялись ей совсем не так, как вёл себя Нил.
Он ведь говорил с ней - по крайней мере, пытался.
Он точно видел её, а лунатики видят только собственные сны.
Кэнди вспомнила, как заглянула однажды в комнату старшего кузена, когда тот смотрел в записи какой-то странный безцветный фильм. Герои в нём не говорили ни слова, а титры были на незнакомом языке, но девочка поняла, что самый старый и, как ей показалось, злобный из них, то ли колдун, то ли гнусный учёный, демонстрировал публике молодого человека, который всё время спит, и во сне, похоже, выполняет его приказы. Лица на экране пугали Кэнди, тревожная музыка как будто бы заползала ей под кожу, рассыпаясь там тысячей мелких мурашек, и девочка сбежала, прячась от жутковатых и не вполне понятных ей образов. Но мысль о том, что чья-то злая воля может управлять тобою во сне, надолго засела в её воображении.
Несколько ночей после этого Кэнди боялась засыпать, а теперь, когда Нил сидел рядом с ней, так виновато глядя на девочку, прежний страх, испытанный ей из-за одной увиденной в фильме сцены, медленно возвращался к ней, как будто густой туман, вползающий в дверную щель. Сомнамбула - странное слово, откуда-то известное Кэнди, но совершенно непонятное ей, всплыло откуда-то в голове девочки, и от того, как сложно и странно оно звучало, даже не будучи сказанным вслух, Кэнди почувствовала, как под одеялом снова похолодели пятки.
Ей и до этого казалось, что её братом владел кто-то, прятавшийся в темноте, а теперь она была практически в этом уверена. И если кто-то злой и чудовищный действительно забрался в голову бедному Нилу, разве таблетки, которые купит мама, помогут выгнать его оттуда? И если свет на самом деле помогает отогнать тьму, то справится ли её фонарик в следующий раз, когда брат окажется в её липких лапах?
Кэнди кивнула и взяла брата за руку.
- Не нужно новый фонарик: этот работает, только батарейки, наверное, сели, - она сдвинула над переносицей тонкие брови и вздохнула, очень серьезно глядя на брата. - Я знаю, ты думаешь, что я маленькая и не пойму, или испугаюсь и нажалуюсь маме. Я знаю, ты об этом и думаешь, но это не так. Я знаю, что в тёмных углах кто-то прячется, - она понизила голос и подалась вперёд, чтобы Нил наверняка её услышал. - Я его тоже видела, - она совсем зашептала. - Он очень меня напугал, и теперь я ношу фонарик, потому что знаю, что он боится света. И сегодня я испугала его, и он тебя отпустил. Как ты думаешь, он снова вернётся, когда ты выйдешь в тёмный коридор? Я вижу, что тебе страшно.[nick]Kandy Tucker[/nick][status]младшая сестрёнка[/status][icon]http://sg.uploads.ru/IQaEr.jpg[/icon][ls1]Кэнди Такер, 6 лет[/ls1][ls2]ученица младшей школы[/ls2]

+1

13

Нил нервно сглотнул, но старался не подавать виду. В любой другой ситуации юноша отреагировал бы на слова своей младшей сестренки более снисходительно, может, даже улыбнулся и сказал что-то ободряющее, но теперь... Сейчас ему казалось, будто они с ней поменялись местами. Кэнди заняла место рассудительного взрослого, а Нил - ребенка с богатым воображением.
- Кто-то прячется? - школьник не знал, как реагировать, старался лишь сохранять спокойствие, - Ты кого-то видела? Замечала что-то?
А вдруг малышка тоже имеет схожную проблему? Или в принципе страдает нечто подобным? Может, у ни это вообще семейное?
Парень почувствовал, как прилипла футболка к его спине,  на лбу показалась испарина. Он  в принципе выглядел несколько болезнено, будто его одолевала температура. Прежде Нил никогда не испытвал такой стресс.
- Видела? - сердце забилось сильнее. Брюнет продолжает слушать сестренку, отрешенно смотря на стену. Не его ли она видела? Как давно у него начались эти странные припадки? Нет, он вряд ли вспомнит. Но с каждым сказанным словом ребенка Такер убеждался в одном - ему дома не место. Если и в дальнейшем он будет терять контроль над ситуацией - могут пострадать члены его семьи.
- Я... Я не знаю, когда он вернется... И я боюсь, - последнее было сказать особенно тяжело, ведь Нил старался быть для сестры защитником, примером, - Не знаю, что ему нужно от нас, но свет - единственное наше спасение.
Школьник кивнул своим словам, все еще пялясь в одну точку. Это все из-за него. Он корень бед. Если уже знает малышка, в скором времени начнут замечать и другие.

0


Вы здесь » Ashburn » Настоящее » Нечто во тьме


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC