Дорогие друзья, прошёл ровно месяц с тех пор, как мы вновь открыли для вас двери нашего города. Мы поздравляем всех вас с этой небольшой, но очень значимой для форума датой — оставайтесь с нами, а мы уж постараемся сделать так, чтобы вам было не скучно в Эшбёрне. По случаю нашего маленького юбилея мы запускаем первый игровой челлендж и первый сюжетный ивент — следите за новостями!
Elvin MayerJason WolfBillie Madison
сюжетные историисписок персонажей и внешностейбиржа трудашаблон анкетыэшбернский вестник
Добро пожаловать в Эшбёрн — крошечный городок, расположившийся в штате Мэн, близ границы с Канадой. На дворе лето 1992 года и именно здесь, в окрестностях Мусхед-Лейк, последние 180 лет разыгрывалось молчаливое столкновение двух противоборствующих сил — индейского божества, хозяина здешних мест, и пришлого греховного порождения нового мира. Готовы стать частью этого конфликта? Или предпочтёте наблюдать со стороны? Выбор за вами, но Эшбёрн уже запомнил вас, и теперь вам едва ли удастся выбраться...
Детективная мистика по мотивам Стивена Кинга. 18+
Monsters are real, and ghosts are real too
They live inside of us and sometimes they win

Новости города

7 июля 1992 года, около полудня, на эшбёрнском школьном стадионе во время товарищеского футбольного матча между эшбёрнскими «Тиграми» и касл-рокскими «Маури» прогремел взрыв — кто-то заложил взрывчатку под трибунами стадиона. Установленное число погибших — 25 человек, в том числе 20 детей, 64 человека получили ранения разной степени тяжести. Двое учеников, — Джереми Хартманн и Бет Грабер, — числятся пропавшими, их тела пока не были обнаружены. На сегодняшний день полиции пока не удалось установить виновных. На протяжении месяца к месту трагедии горожане продолжают приносить цветы и игрушки в память о погибших учениках, до августа приостановлена работа городской ярмарки.

Горячие новости

Эшбёрнский вестник Запись в квест Проклятие черной кошки Июньский челлендж

Активисты недели


Лучший пост

Голос журналистки на мгновение вывел Джейсона из тягостного морока старых воспоминаний. Яичницу ещё можно было спасти, и мужчина, действуя больше на автомате, разложил содержимое сковородки по широким тарелкам. Аромат поджаренного бекона и свеже сваренного кофе раздражал обоняние, хотелось есть, но все до единой мысли Джейсона были сейчас далеко в прошлом. Читать дальше...

Best of the best

Ashburn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ashburn » Прошлое » All is well that ends well


All is well that ends well

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

[19.07.76] All is well that ends well

http://s7.uploads.ru/t/aCI5T.gif http://sd.uploads.ru/t/DAM9e.gif http://s9.uploads.ru/t/Becig.gif
Природа разнородные созданья,
Как равных съединив, роднит в лобзанье;
И подвиг невозможен лишь для тех,
Кто взвешивает трудности помех,
Не веря в чудо

Преамбула:
Тони, Френк
Если ты откроешь эту дверь, ты не сможешь контролировать то, что в нее войдет
Резюме:
-

+1

2

— Еще вина?
Энтони поднял глаза на сидящего по другую сторону стола человека. Довольно высокий жилистый мужчина в опрятном костюме подцепил вилкой небольшую часть медальона из утки и, помогая себе ножом, покрывал нежное мясо тягучим ореховым соусом. Тонкие пальцы со шрамом на костяшке безымянного, аккуратно подстриженные под корень ногти не допускающие появления и малейших пятен грязи, небольшой, но увесистый перстень с голубым топазом. Умно, но сомнительно в перспективе. Стрелки дорогих часов, выглядывающих из-под рукава, мерно бежали, отражая полированным металлом свет высокой люстры, и показывали без четверти семь, когда мужчина бросил на них быстрый взгляд, прежде чем кивнуть в молчаливом согласии.
Пальцы взлетели, расстегивая пуговицы костюма, явно пошитого на заказ, а тело приняло более расслабленную позу. Чего нельзя было сказать о лице гостя. Тщательно выпестованная маска спокойствия не могла скрыть хищный блеск глаз, выдавая натуру хозяина. Не хотел скрывать или не мог?
Намёк на улыбку коснулся губ Уэйна, пока тот вставал и наполовину заполнял бокал Гидеона, явившегося как раз к началу скромного ужина.  Утиные медальоны в ореховом соусе дополнял салат “нисуаз”, на гарнир шли корзинки из легкого пюре молодого картофеля с начинкой из грибов. И, конечно же, на десерт нежнейшее клафутти.
— Видэль из Лаудена, - Тони бросает небрежно, удерживая графин под идеальным под углом.
— Вирджиния? — Гидеон поднял бровь, наблюдая, как золотистая жидкость тягуче плеснулась в бокал, звякнувший в упоении от контакта со стеклом, — а я думал французское.
— Что вы, в Виргинии винная революция, — новый намек на улыбку и, отставив графин, Энтони вернулся на место, — извините за прямоту, но я обязан спросить. Это вы убили того артиста?
— Обязаны? — мужчина поигрывал бокалом, слегка улыбаясь.
— Нет, — пожав плечами, Уэйн отправил в рот вилку, — решил сменить тему.
— А, понимаю. Эдвард переслал послание.
— Это убийство я слышал заинтересовало ФБР, полиция злится. Они вас найдут.
— Пусть.
— Хотите быть пойманным? — ещё один кусочек нежного мяса скрылся во рту хирурга, тогда как гость, отложив приборы, подался вперёд.
— Пусть попробуют. Они придут ко мне, потому что я владею магазином музыкальных инструментов, и я убью тех, кого они пришлют. А потом я убью Эдварда и исчезну.
— Не убивайте Эдварда, — Энтони поднёс к носу бокал, вдыхая аромат вина, — давно хочу сам.
— Вообще-то, — мужчина облокотился на стол, смотря исподлобья на гостеприимного хозяина, — я хотел убить и вас.
— Конечно, вы хотели, — бокал вернулся на стол, уступая место в руке ножу и вилке, — я худой, здоровый и бледный . У здоровых животных, редко бывающих на солнце, отличная кожа. Почему передумали?
Оценивающий взгляд хищных глаз осматривал каждый дюйм Уэйна, пока не наткнулся на схожее выражение в серых сугробах талого снега. Хирург ухмыльнулся, возвращаясь к трапезе. Гость был далеко не так интерес, как тому хотелось казаться.
— Или не передумали?
— Передумал, когда проследил за вами. За город, по безлюдной дороге, к автобусному парку.
Перестав жевать, Энтони поднял взгляд, чуть сузив глаза. Звенящая тишина опустилась на гостиную, не решаясь встревать между двумя кружащими вокруг друг друга хищниками. Азартная игра с известным исходом и лишь нотка горьковатого разочарования скользнула в горло вместе с вином. Слишком рано кот выпустил когти, в расчёте вывести жертву из равновесия. Скука.
— Вы беспечны.
— Я никому не скажу, но я видел вашу работу, — взмахнув рукой, мужчина откинулся на спинку стула, — она хороша. Моя беспечность на вас не скажется.
— Скажется, — отхлебнув последний раз из бокала, Энтони встал и, обойдя стол, подошел к столешнице, поставив на неё пустую тарелку, — ведь вы привлечете внимание не только к себе.
— Мне нужен друг, — порывисто встав следом, Гидеон сделал пару шагов, — кто-то кто понимает меня, смотрит на мир и людей так же, как и я.
— Я вас понимаю, но не буду вам другом.
Отвернувшись, Энтони взял со стола тарелку гостя и поставил поверх своей. Течение беседы свернуло, превращаясь в слабый ручеек. Скучный и неинтересный.
— Тогда зачем пригласили?
— Хотел вас убить, — взгляд Гидеона метнулся к тарелкам, но Тони лишь устало вздохнул, — я не отправил вас. Не порчу пищу.
Бурный всплеск хищных глаз потонул в холодном спокойствии безмятежных серых волн. Мужчины стояли меньше чем в метре друг от друга, обманчиво расслабленные, выжидая. Тишина, вновь повисшая в комнате, вздрогнула, осыпаясь искрами дверного звонка.
— Ждёте гостей?
— Нет.
Удерживая взгляд гостя, Уэйн постоял ещё немного, после чего развернулся и не спеша пошел в направлении вновь раздавшегося звонка.

+2

3

Френк искренне любил свою работу, не смотря на всю ту грязь и мерзость с которой приходилось сталкиваться почти каждый день. Понимание того, что с каждым закрытым делом, с каждым арестованным ублюдком город становится, на микроскопическую, почти не заметную, долю спокойнее, заставляло ощущатб себя причастным к чему-то большому и правильному.
Ему даже написание отчетов нравилось, потому что красивый отчет, это не только гора бумажек и фотографий, этот еще и точка. Хотя, иногда, и запятая. Но даже если запятая, при написании, когда есть структура, то выкладывая все эти кирпичики на стол, можно найти что-то, мелочь, чтобы запятую привратить в точку. Не часто, конечно, но все же...
Но вот опрос людей и поиск свидетелей. Вот это Френк не любил искренне, потому что когда есть конкретный человек, свидетель или подозреваемый, это уже понятная работа с человеком. С поступающей информацией. А вот пока ты обойдешь все эти дома и квартиры, выслушаешь, в худшем случае, куда тебе идти, и то что ничего и никто не видел, в лучшем...
Нет, если район был не плохим, то и лучший и худший случай были крайне вежливы, очень толерантны, и предельно корректны. Но все же. Пока найдешь единственную иголку в стоге, который нельзя сжечь...
На этот раз им достался вполне приличный район, по большой части застроенный старыми домами и немногочисленными, но приличными и аккуратными, многоквартирными домами.
Разыграв с  напарником в камень ножницы кто какую сторону берет Френк тяжело вздохнул и отправился выполнять свой долг. Первые два дома встретили тишиной и темнотой в окнах, третий порадовал вежливым хозяином, который после того, как Френк представился и объяснил причину, по которой пришлось побеспокоить, даже впустил в дом.
-Еще раз, прошу прощение, что мешаю вашему отдыху, но, в вашем районе пропал человек. — Быстро оглядев мужчину, вежливо и мягко улыбнулся. Как бы говоря, что он прекрасно понимает, что каждый возвращается домой в поисках отдыха и спокойствия после трудового дня, но поделать ничего не может. Долг зовет. — Аарон Смоллет, живет в третьем доме. Возможно вы что-нибудь заметили позавчера  в районе семи часов после полудня? И можете ли вы что-то сказать о мистере Смоллете?
Френк протянул фотографию все так же продолжая мягко улыбаться. Хотя, если честно, хотелось выйти на улицу и подышать воздухом, в котором не плавали столь мучительные, и ужасно соблазнительные, ароматы свежеприготовленной еды.

+1

4

Трель звонка в третий раз разнеслась по комнатам дома, когда рука уверенно легла на дверную ручку. Мужчина замер, прислушиваясь к дому и ощущениям. Гидеон в спину не ударил. Интересно струсил или все же понятие чести не чуждо этому нуворишу?
Вечерняя свежесть пахнула в приоткрытую дверь, приятно огладив фантомными пальцами щеки. Энтони на мгновение довольно прикрыл глаза и вдохнул полной грудью. Лёгкие раскрылись, наполняясь заряженным на дневном зное воздухом, насыщая кровь кислородом. Глаза скользнули по окрестностям, остановившись на незнакомце.
— Вечер добрый. Я могу вам чем-то помочь?
Кудрявый мужчина с оленьими глазами, на дне которых плескалась печаль и тоска, представился детективом Риддлом.
— Не сочтите за грубость, могу я увидеть ваш значок? — Уэйн кивнул, для формы бросив быстрый взгляд на предоставленные полномочия, и открыл дверь шире, — Прошу.
Риддл значит? И в чем же твоя загадка? Хирург пропустил копа вперёд, глядя поверх его головы в глубь дома. Тишина, царившая там, могла означать все, что угодно, а Энтони никогда не был сторонником поспешных выводов. Гидеон мог ускользнуть через заднюю дверь, а мог и затаиться.
— Смоллет? Это тот лысеющий калифорниец с фокстерьером?
С протянутой фотографии смотрел темнокожий мужчина с неправильным прикусом широких зубов, смеющиеся глаза тонули в лучиках морщин, а традиционно кудрявые волосы выцветали, образуя вокруг макушки серебристый нимб. Уэйн не водил дружбу с соседями, хотя и предпочитал знать тех, с кем делил улицу, периодически посещая воскресные барбекю и званые ужины. Уилл Смоллет был домоседом и, если его пропажа не являлась несчастным случаем, то могла означать лишь то, что Энтони предстоит разбираться еще и с территориальным вопросом.
— К сожалению, понедельник и четверг у меня вторая смена в клинике и я прихожу домой в начале девятого, — возвращая карточку, Энтони поднял голову, как раз чтобы заметить, как на паркет упала тень от входа в комнату, — Ничем не могу вам помочь, офицер.
Акцентирование звания было вовсе не из разряда необходимых действий, но мужчине стало весьма любопытно, как отреагирует Гидеон. Импульсивный и вспыльчивый, он сам лез в котел с кипящей водой и посыпал голову специями. Его поимка была лишь вопросом времени, хотя Уэйну и хотелось перед этим разделить с ним еще ужин, но не настолько, чтобы воротить нос от столь удачного стечения обстоятельств. Если все правильно разыграть…
— Вы же не думаете, что его пропажа связана с недавними убийствами? -  было что-то в этих оленьих глазах, — Было бы довольно неприятно, если бы в наш тихий район пострадал от рук этого варвара.
— Варвара, значит?
Тяжело дыша от негодования, Гидеон вывалился в коридор за спиной копа, сжимая в руке нож. Лицо перекосила гримаса ненависти, выступая потом на лбу и покрывая кожу пятнами, опрятный пиджак разметался, подобно плащу развеваясь за спиной у рванувшего с места мужчины.
— Что ты делаешь?!
Воскликнув для вида, Уэйн спокойно отступил в сторону, предоставляя полицейскому делать его работу.

+1

5

Если бы какой-нибудь лорд, ну из тех, чью родословную можно проследить если не до Вавилона, то до какого-нибудь Колосажателя точно, соблаговолил бы обратить свое внимание на простых смертных, наверное, он бы выглядел как Энтони Уэйн.
Ну, или потомок лорда, который согрешил с милой селянкой, а та возьми и обрадуй наследником. Или не наследником. В хозяине дома чувствовались порода, голос, интонации и то, как он себя держал только усугубляли это чувство.
-  Да, именно он. — Френк сморгнул, прерывая прямой зрительный контакт. Слишком пристальным взгляд нервировал, а интуиция нашептывала, что из этого дома надо бы свалить.
Поставив напротив имени и адреса мистера Уэйн загогулину, призванную показать, что ловить здесь нечего, хотя, конечно, информацию надо проверить, Френк кивнул и расплылся в очередной очень вежливой и мягкой улыбке:
— Вторая смена? Не подскажите название клиники? — Еще одна мягкая улыбка, но теперь с привкусом извинения. Конечно, он верит, что мистер Уэйн не стал бы лгать  офицеру полиции, особенно в такой мелочи, но к сожалению, социальные роли заставляют пренебрегать личным впечатлением в угоду безликим правилам.
— Не думаю, что вам стоит беспокоится, скорее... — Френк обрывает сам себя, когда за спиной раздается пронзительный мужской голос.
Дать бы самому себе подзатыльник, что не услышал шагов за спиной, а позволил себе увлечься разглядыванием мистера Уэйн. Очень уж интересная внешность, вкупе с настойчивым шепотом интуиции, заставили забыть о том, что слишком не разумно сосредотачиваться на чем-то одном, когда рядом нет напарника, чтобы прикрыть в случае чего. Явно пора в отпуск или хотя бы нормально выспаться.
Но Френк не позволяет промелькнувшей досаде хоть как-то повлиять на себя. Разворот, секунда, чтобы оценить ситуацию.
-Хей, давайте не будем пороть горячку и успокоимся?  — Мозг лихорадочно прокручивает варианты действий и возможные сценарии, не позволяя задуматься о том, что мужчина с ножом выглядит слишком не адекватным, чтобы до него достучаться словами. Вынимать пистолет скорее самоубийство, чем действительно вариант. Остается прикрывать собой гражданского и говорить какую-то чепуху, призванную успокоить, мягким размеренным тоном. Нужно всего пара секунд, холл не слишком большой, если подобраться ближе и выбить нож, то все остальное будет легче. Мужчина, противник, немного выше и несколько массивнее, и в нем говорят эмоции, а это делает его чрезвычайно опасным. С другой стороны, приходилось справляться и не с такими.
Френк делает едва заметное движение вперед и в этот момент у мужчины сдают нервы. Тело двигается само, на вбитых рефлексах.
Мозг успевает, в растянувшиеся мгновения, зафиксировать то, что целью является мистер Уейн, который на удивление спокоен и тих за спиной. Вспышкой проходит осознание того, что хороший блокнот может защитить от ножа, но вот удар у мужчины поставлен хорошо, но дерется тот, как по учебнику. И спасибо, в очередной раз, сержанту, который настаивал, что драка никогда не бывает красивой. Если это не соревнование, где цель победа, а не здоровье и жизнь.
А еще Френк успевает мимоходом обрадоваться, что мистер Уэйн не пытается под ногами, когда запинается, самым идиотским образом, об упавший блокнот с застрявшим в нем ножом, и голова взрывается от боли от встречи со светильником на стене. На миг перед глазами вспыхивают сверхновая и свет гаснет.

+2

6

Драка смещается по коридору и Тони приходится делать шаг, легко обходя потасовку. Огибает практически элегантно в танцевальном пируэте, отмечая уважительно приподнявшейся бровью интересный ход с блокнотом. Пальцы зарываются в песок небольшого японского сада на тумбочке для ключей и счетов, пока ноги продолжают нести по дуге. Не сбивается шаг, каждая мелочь фиксируется, будто в замедленной съемке. Бой — тот же танец, как правило, на двоих. Танго в других плоскостях с постоянным противостоянием. Кто первый ошибется, собьется с заданного темпа и ритма, позволяя другому вести, устанавливать свои правила боя. Тони нравится, как полицейский ведет этот танец, четко, как по инструкции, но все же вплетает нотки импровизации, в отличие от Гидеона.
Убийца машет руками, тонет в накрывающей его ярости, даже не дав себе времени на продумывание ситуации. Скука. А ведь Тони был готов признать его мастерство. Разочарование неприятно, сквозит в ломающейся линии губ усталость одиночки. Но вот Риддл неправильно ставит стопу, заплетаясь в упавшем блокноте с его ножом для разделки рыбы. Гидеон — идиот, не смог даже выбрать подходящий прибор — пользуется шансом, бросается на падающего копа, но получает мелким песком в глаза, отступает невольно. Пауза предназначенная, чтобы полицейскому преимущество, пропадает в пустую, ибо офицер оседает, оставляя кровавую полосу на комоде.
Хищники застывают на мгновенье, втягивая трепещущими носами металлический запах. Тони хмурится, отмечая, что запах должен быть другим. Есть что-то чужеродное в привычном кровяном металле, но времени на анализ сейчас уже нет.
— Ты вызвал копов? — Проморгавшись, Гидеон вперил горящий ненавистью взгляд покрасневших глаз в расслабленно замершего у тумбы мужчину.
— Меня оскорбляет даже сама мысль о подобном предположении, — узкие пальцы проходятся по пуговицам на пиджаке, — Ты разочаровал меня. Не думал, что ты настолько глуп.
— Я вырву твой поганый язык и скормлю его тебе же на ужин!
Шипение вырывается из рта вперемешку с пенящейся слюной. Тони снова кривится — бездарно потраченный ужин — и стягивает с плеч дорогой пиджак. Ткань с тихим хлопком щелкает перед носом, рванувшего на обидчика убийцу, накрывает голову, лишая обзора. Уэйн пригибается, скользит под занесенной для удара рукой, впечатывает кулак в нервное сплетение у начала брыжеечной артерии, разворачивается, чтобы оказаться за спиной у противника. Соскальзывающий с наклоненной головы пиджак оказывается отличной удавкой, Тони наматывает полы на кулаки, бессердечно сминая ткань, вдавливая импровизированную гарроту в горло, пока тело не перестает трепыхаться, опадает, повисая на крепких руках.
— И что же нам с тобой теперь делать?
Два тела на полу лежат, практически любовно касаясь руками. Некая аллюзия на «Сотворение Адама» Микеланджело и Тони даже любуется пару мгновений, после чего переступает через убийцу и прикладывает пальцы к шее полицейского. Запах вблизи снова ударил в нос, непривычными нотками. Неуверенно дрогнув, пальцы скользнули с шеи до окровавленного виска, легким нажимом собирая подсыхающие капли. Тони поднял измазанные алым пальцы и, закрыв глаза, принюхался. Определенно, к привычному металлическо-соленому запаху примешивалось что-то еще. Тягучий смутно знакомый запах будоражил, заставляя волоски на затылке трепетать. Чужая кровь на пальцах как произведение искусства, завораживает, бликуя багрянцем в свете электрических ламп. Уэйн тянет время, любуясь, но все же осторожно подносит кровавые пальцы у губам, подцепляет языком катящуюся каплю и смакует, наслаждаясь новым вкусом.
Тихий стон отвлекает от наслаждения. Достав платок из кармана, Энтони вытер пальцы и, взвалив Гидеона на плечо, отправился на второй этаж. Он еще успеет свести счеты с наглецом, посмевшим угрожать ему. Полиции в этот раз придется найти кого-то другого на роль виновника, а этот полежит в шкафу с дозой снотворного в крови, пока не настанет время нового ужина, на который в этот раз Тони подаст ему его же язык. От перестановки слагаемых все же порой результат сильно меняется.
Уложив убийцу, Энтони запер дверь и принялся наводить в доме беспорядок. Сбросив пару тарелок на пол, он распахнул заднюю дверь и, немного подумав, потянул занавеску, имитируя натяжение. Пара штрихов и аккуратная столовая превратилась в место драки, оставалось лишь привести и себя в надлежащий вид. Хвостик выбившейся рубашки, растрепанные волосы, да пара сорванных пуговиц довершают облик, но все же Уэйн недоволен. Достоверности не хватает, но так не охота портить свое лицо.
Замерев перед зеркалом, Тони стоял рядом с телом, начавшего приходить в себя, полицейского. Тяжелый перстень выпускника чиркает по зубам, стоит мужчине приложиться, как следует, кулаком, оставляет на губе рваную рану. Тони шипит еле слышно, снимая кольцо и пряча в недрах принесенной из кухни аптечки, смотрит, как в отражении к подбородку стекает практически черная капля, и садится рядом с мужчиной.
— Офицер! Офицер Риддл! Вы меня слышите?
Усадив полицейского, Уэйн начал оказывать ему первую помощь. Рана на голове оказалась царапиной, но Тони не отказывает себе в удовольствии обработать, как следует, испачкать еще раз узкие пальцы в чужой странно пахнущей крови, настойчиво удерживая пациента на месте, рассказывая, как нападавший сбежал через заднюю дверь, после небольшой потасовки.
https://i.imgur.com/2AZu7Lj.png

+2

7

Как же дядюшка Питер был прав, когда говорил, что во Френке все никак не помрет герой. Нет бы выучиться на какого-нибудь эксперта, а еще лучше нацелиться на работу в морге, но нет, не-е-ет, как же на улицах полно гнили. И надо эти улицы защищать. Прямо как Бэтмен. Или дружелюбный сосед Человек-Паук. Последний даже лучше, он умеет плести симпатичную паутину, зато Бэтмен чертов миллионер. И у него классная тачка...
Френк пробует открыть глаза, но тут же зажмуривается, окружающий мир плывет и слегка покачивается. Как будто ему снова пятнадцать и он в гамаке рядом с озером. Тогда мир тоже казался чем-то не реальным, но в отличие от сурового «сейчас» голова не болела и нет запаха крови.
Секундная тревога вспыхивает и тут же отступает, нет, запах крови есть, но он не на столько густой, чтобы начинать паниковать. Френк может отследить воспоминания и припомнить ощущения, перебрать их, слово бусины четок. Хотя самые последние бусины, прямо перед тем, как Френк отключился, ускользают, но человеческий голос и осторожные прикосновения дают понять, ничего сверх кошмарного не произошло. С чем себя можно и поздравить.
Второй раз открывать глаза намного проще, голова не приятно гудит, во рту ощущается привкус крови и приходится вспомнить пару дыхательных упражнений, прежде чем сосредоточить свое внимание на хозяине дома. Мистер Уэйн.
Антисептик неприятно пощипывает, заставляя сосредоточиться на происходящем, размеренное дыхание отвлекает от раздражения на самого себя. Вроде бы уже давно не желторотый юнец, чтобы на столько глупо подставиться. С другой стороны, не надо хватать сверхурочные пачками, а еще надо не забывать вовремя есть и спать хотя бы часов семь в сутки. С третьей стороны, не работать больше, чем прописано в договоре не получается по ряду, весьма веских, причин. К этим же причинам относятся и пункты со спать и есть.
Мистер Уэйн обрабатывает рану, на деле скорее глубокую царапину, размеренным голосом рассказывая о событиях, которые происходили после того, как Френк выпал из реальности.
Какое-то время, скорее всего, не больше пары минут внимание сосредотачивается на интонации и звуке голоса, на капле крови стекающей из разбитой губы. Желудок поджимается, намекая, что давно пора есть...
— ...вы вызвали полицию? — Восприятие реальности возвращается в один момент, вот отстраненное размышление о том, что пора съездить в Эшбёрн и нормально отдохнуть, и, одновременно с этим, пристальное отслеживание пути кровавой капли, а потом хоп. И до Френка запоздало доходит смысл того, о чем говорит мистер Уэйн.
-Простите. — Небольшая пауза, не стоит так грубо разговаривать с тем, кто, во первых, оказывает помощь и, во вторых, пострадал опять-таки из-за того, что полиция немного лоханулась. Окей, не вся полиция, а конкретно Френк. — Но стоит дождаться полицию и, если вам будет не сложно, придется повторить рассказ. И нужно подождать скорую, как вы сами? Не сильно пострадали?
Френк старается немного отодвинуться, чтобы иметь возможность оглядеть мистера Уэйна, на первый взгляд у того пострадала только гордость и, немного, лицо.
— Вы давно знакомы с мистером Джейсоном? — Черта с два он не будет совать в это дело нос, хотя по всем правилам стоит отступить и дождаться всех заинтересованных. Но Френку немного больно и слегка стыдно за такой детский провал. Так что нет, совсем ничего не знать и довольствоваться тем, что Гидеона Джейсона схватит кто-то другой, а он, Френк, будет стоять в стороне и быть «хорошим полицейским», о нет. Не выйдет.

+3

8

— А вы разве не полиция?
Мысли приходящего в себя копа пахнут часовым механизмом, шестеренки приходят в движение медленно, набирают разгон, после вынужденной отключки. Тони удерживает ватку на ране чуть дольше, чем нужно, позволяя дезинфекции ущипнуть за нервы, наслаждается мимолетным проявлением боли в оленьих глазах, и убирает обратно в аптечку.
— Прощаю, — Уэйн говорит флегматично, не мелькает ни следа эмоций на ровном лице, лишь разбитая губа, да сидение на полу не дают представить, что беседа течет не в уютном комфорте привычных кресел, — Я не особо силен в ваших протоколах, но разве у вас не должен неподалеку быть напарник? Может, стоит его позвать или я, конечно, могу позвонить 911, если вам так угодно, офицер Риддл.
Фамилия цепляется за язык, прокатываясь на зубах, срывается с небольшой паузой под затяжной взгляд, что проникает в самую глубь оленьих глаз. Что-то с тобой, офицер, явно не так. Понять бы в чем же твоя загадка. Дергаются вновь крылья носа, втягивая слабеющий под действием антисептика запах.
— Боюсь, пострадала только моя гордость, — улыбка трогает губы с позволения мозга, высчитывающего оптимальное время, Тони оторвал, наконец, затянувшийся взгляд от лица отодвинувшегося копа и, достав из аптечки пластырь, наклеил полоску поверх тонкой царапины, — А вот на вашем месте, я бы обратился к врачу. На мой взгляд, царапина пустяковая, но мне не известен ваш анамнез, да и после потери сознания лучше все же пройти хоть какое-то обследование. Вы выглядите утомленным.
Собрав аптечку, Энтони встал и взглянул в зеркало. Если он вытрет губу, вновь прибывшие копы могут и не поверить в историю его чудесного спасения, а если оставить, то капля грозилась сорваться с подбородка прямо на жаккардовую ткань нового жилета. Не хотелось бы портить красивую вещь. Уэйн небрежно провел ладонью, размазывая  набежавшую струйку по подбородку, и протянул руку полицейскому, помогая встать.
— С кем? — подняв копа на ноги, Тони придержал того за локоть, убеждаясь, что он в состоянии стоять, — Ах, с Гидеоном? Не знал его фамилию. Я заказывал струны для рояля в его магазине и он был так любезен приехать лично, — толкнув дверь, мужчина указал рукой на обширный кабинет, в недрах которого красовался антикварный рояль, и, дождавшись, когда Фрэнк обратит на него внимание, вновь заглянул в оленьи глаза, — Питаю слабость к красивым вещам.
Удовольствие ставить людей в неловкое положение сродни десерту из жаренного мороженого, им нужно наслаждаться пока оно горячо, осторожно вскрывая хрустящую оболочку, стараясь не задевать все еще ледяное нутро. Энтони улыбается про себя, удерживая взгляд гостя, прерывается, так же внезапно продолжая рассказ.
— Он пришел в обеденное время и я предложил разделить со мной пищу, — повернувшись, хирург указал на разгромленную гостиную, галантно пропуская копа вперед, — Хотите  кофе? Раз уж нам ждать прибытия ваших коллег.

+3

9

Френк все еще немного подвисает, голос и интонации мистера Уэйна слишком ровные и спокойные. Как будто пережить нападение в собственном доме, вполне заурядное событие. И, скажем, если бы дом находился бы не во вполне респектабельном районе, а где-то не далеко от гетто, возможно, такое развитие событий действительно не выходило за рамки обыденности.
Но проблема в том, что и дом, в котором они сейчас находятся, и сам мистер Уэйн, не находятся в гетто.  Тот же Гидеон Джейсон, когда Френк его впервые увидел, не смотря на не плохой и достаточно респектабельный бизнес, больше походил на того, кто достиг своего благополучия вопреки своему происхождению. А вот Энтони Уэйн скорее был представителем старой семьи. На столько старой, что даже получив по лицу от чужака в своем собственном доме не позволял себе проявлять ожидаемые чувства.
Сделав мысленную пометку о том, что надо бы тщательнее проверить биографию, Френк кивнул на слова о напарнике и потянулся за рацией, во первых, чтобы порадовать напарника, и, во вторых, чтобы сообщить о том, что работы, как обычно, стало неожиданно много.
— И часто вы такое предлагаете малознакомым людям, которые оказываются в вашем доме в обеденное время? — Сделав шаг в сторону и уходя от пристального взгляда, Френк отвернулся от мистера Уэйна и оглядел кабинет. Тот выглядел под стать хозяину, респектабельно, дорого и как картинка из журнала. Вроде все прозрачно и красиво, но желание пристальнее всмотреться все же не давало покоя. Как и пристальный взгляд самого мистера Уэйна.
Особенно если вдуматься в фразу о красивых вещах, в более дикие времена, предки Френка, могли бы и сожрать за такие намеки. И сжирали, что характерно. Все-таки к вещам ни уважаемые предки, ни сам Френк, себя не относили.
— Спасибо, не откажусь. — Кивнул на предложенное и послушно отправился в указанном направлении. Гостиная выглядела несколько печально, что было вполне ожидаемо, но предпринимать что-то до прихода подмоги было глупо. Данная ситуация явно диктовала действовать согласно букве закона, хотя, конечно, хотелось на все эти реверансы плюнуть и взяться за дело всерьез. Пока след не просто горячий, а вполне ощутимо полыхает. Но вбитые годами самодисциплины привычки, которые не раз и не два спасали как жизнь, так и задницу, так просто не откинуть.
Будь ситуация, хотя скорее заинтересованные лица, не такими подозрительными, Френк смог бы плюнуть за процедуру, благо напарник был нормальный, да и начальство охотно прикрывало, если в результате мелких нарушений был получен несомненный результат. Но сейчас...
— Не могли бы вы, пожалуйста, подробнее рассказать о том, откуда у вас контакты мистера Джейсона? — Вопрос, конечно, был тупее не придумаешь, но, как показывала практика, действительно тупых вопросов не бывает. Иногда мелочи и занудство это именно то, что помогает выполнять свои должностные обязанности и продвигаться о карьерной лестнице вверх.

+3

10

Полицейский отводит взгляд, и хирург позволяет скользнуть в глазах искорке легкого ехидного удовлетворения. Мимолетно дернувшаяся бровь Риддла выдавала понимание завуалированного намека, видимо, не все копы все-таки скудоумны и непроглядно глупы.
- Так часто, как меня посещают в отведенное для обеда время, - голос Тони шуршит сухостью пересыпаемой из тары в тару крупы, очевидные вещи не требуют эмоциональной окраски, - Воспитание, знаете ли, дает о себе знать.
Пройдя вглубь помещения, мужчина толкнул связывающую кухню с гостиной дверь и, остановишь в проеме, вновь посмотрел на офицера.
- Я полагаю, вы предпочтете пренебречь этикетом во имя сохранения целостности погрома в моей гостиной?
Пропустив мужчину вперед, Тони открыл один из множества ящиков, доставая кофемолку. Ароматные зерна прыгали внутри колбы, наскакивая на острые лезвия, перемалывались в порошок, которому предстояло превратиться в чудесный напиток. Мужчина любуется процессом измельчения, следит за упрямо сопротивляющимся зернышком. Его борьба заведомо обречена на провал, но хирург ему даже симпатизирует. Такие жертвы всегда интересней. Которые борются, ищут выход, пытаются до последнего, а не трясутся трусливо снимаясь под гнетом жернов судьбы при первых же признаках надвигающейся боли. От страха мясо горчит, да и в целом погоня приносит больше удовлетворения.
- Прошу прощения, - выключив кофемолку, Уэйн вернул кухне вечернюю тишину и щелкнул переключателем на плите, - Разумеется, мог бы. Ничего не имею против сотрудничества с властями. – холодная вода сливается с порошком, и Тони помешивает длинной ложкой содержимое турки, периодически поднимая глаза на гостя, - У меня есть его визитка. "Музыкальные инструменты для музыкальных людей". Название весьма безвкусное, не находите? – поставив турку на огонь, хирург убрал зерна обратно в шкаф, взамен доставая специи, - Не люблю плеоназмы. Но, как я уже говорил ранее, мне нужны были струны. Мой Steingraeber 1907 года плохо переносит Портлендскую влажность. В прочем, в его возрасте простительно быть столь привередливым, не находите?
Вскипающий кофе поднимал пенную шапочку, но хирург всякий раз снимал турку с огня, давая время опасть, и возвращал обратно, томительно позволяя напитку то закипать, то оседать без обжигающих языков пламени, лижущих медные бока привезенной из Ирана посудины.
- Я лишь недавно переехал в штат Мэн, но решил, что пора перестать потакать застарелым привычкам и искать нужные вещи у местных, а не заказывать из излюбленных магазинов Нью-Йорка. Почтальон на меня уже странно смотрит.
Улыбнувшись полицейскому, Энтони достал три хрупкие фарфоровые чашечки, осторожно ставя их в самый центр тонюсеньких блюдец, и принялся разливать благоухающий на всю кухню кофе.
- Ваш напарник пьет кофе? – руки замерли над третьей чашкой, а глаза вновь скользнули по лицу гостя, - Могу предложить так же чай.
С тихим хрустом металлическая лопатка взрезала тонкую корочку, проникая в нежнейшее нутро, прошлась во диаметру пирога, отделяя кусочки от целого. Положив дольку ягодного клафути на тарелку, Энтони достал из холодильника миску и, отделив ложкой, поместил холмик белоснежнейших взбитых сливок аккурат в центр пирога, украсив попутно ягодкой малины и листиком мяты.
- Досадное недоразумение прервало мою трапезу, но зато теперь и вы в числе тех малознакомых людей, кто оказался в моем доме в обеденный час, - поставив перед полицейским кофе и десерт, Энтони присел на соседний стул, складывая ногу на ногу и отламывая кусочек пирога маленькой вилкой, - Честно признаюсь вам, офицер. Не люблю есть один, да и готовить лишь на себя так и не научился.

+3

11

Опыт учил, что все люди разные, и реакция на стресс так же отличается от человека к человеку. И вместе с тем, что-то во всех этих реакциях было общим. Люди могли вести себя агрессивно, могли плакать или бодрится, могли даже делать что-то запланированное и внешне выглядеть очень спокойными, но надлом всегда был. Или не надлом, но какое-то внутреннее движение, которое могло перерасти во что-то вроде слез или гнева, но по прошествии какого-то времени.
Френк это движение прекрасно чуял, не то чтобы он мог похвастаться каким-то супер обонянием или слухом, совершенно нет. Возможно, чуть более острые, чем у среднестатистического человека, но ничего сверхъестественного, не в этом виде, по крайней мере, но вот чутье имел фантастическое. И это самое чутье било в барабан и громко орало, что с мистером Уэйном все не так. И даже не потому, что тот остался на столько фантастически спокоен не смотря на такое возмутительное вторжение на его личную территорию.
Если, конечно, мистер Уэйн не считал дом своим убежищем. Этот дом?
Размеренные, плавные движения, завораживают и кажется, то, что происходит в кофемолке вызывает куда больший отклик, чем вся ситуация в целом.
- Вы очень необычный человек, - Френк качает головой, отрывая взгляд от рук и внимательно исследует кухню, просторную, обставленную с любовью к деталям вообще и всему пространству в частности. Кухня, не смотря на общее впечатление "как с картинки", выглядит куда более обжитой. Возможно такое впечатление складывается из-за легкого беспорядка, который всегда сопутствует времени приема пищи. - Мало кто может позволить себе пригласить малознакомого или вовсе не знакомого человека за свой стол.
Френк смаргивает, возможно удар по голове не прошел даром? Чутье не утихает и очень навязчиво пытается намекнуть, что отсюда стоит сделать ноги, желательно все восемь. Что очень странно, если честно. Хотя, конечно, возможно тут просто все складывалось один к одному. И вот это спокойствие, сказать даже равнодушие, больше всего и нервировало.
- В определенном роде. - Френк хмыкнул, он прекрасно помнил, что сам магазин вызывал двойственные ощущения. Но по работе приходилось сталкиваться и с более неприятными, да и пафосными, людьми, чем мистер Джейсон. - Вы правы, в Портленде достаточно сыро и почтенный возраст имеет право на легкие капризы.
Значит надо будет копать не только здесь, но и добывать информацию еще и в Нью-Йорке. Прелестно. Френк вот просто мечтал поработать лишние часы, а забить и забыть, ограничившись легкой проверкой, для галочки, не получится. Своему чутью он привык доверять.
- Кажется, Портленд вас встретил не слишком ласково, но, надеюсь, это происшествие не испортит общее, я надеюсь, приятное, впечатление. - Френк задумчиво посмотрел на предложенные чащечки и едва сдержал желание передернуть плечами. Сразу вспомнились подростковые годы, семейные торжества, где не смотря на вполне приятную и уютную атмосферу, все же звучали страшные, для любого подростка слова "этикет", "поведение за столом" и зловещее "а вот в былые времена, когда наша семья была намного больше..."
- Поверьте, полицейский никогда не откажется от хорошего кофе. - Позволил себе тихий смешок Френк, интересно, где застрял напарник? Он не должен был уйти далеко. С другой стороны, так Френку больше достанется, желудок поджался, а чуйка чуть притихла. Непонятки непонятками, а когда рядом оказались кофе и еда, желудок жалобно напомнил, что предыдущий прием пищи был чрезвычайно, можно сказать удручающе, давно.
- Возможно это прозвучит несколько не уместно в данной ситуации, но есть определенные положительные стороны, во всем этом. - Френк осторожно взял чашечку, с удовольствием сделал глубокий вдох, и отпил не большой глоток. Попробовать десерт не получилось, прозвучал дверной звонок, оповещая, что пришел напарник, и, скорее всего, кавалерия тоже уже фактически на пороге.

+3

12

Сильные пальцы на тонком фарфоре - аллюзия предстоящего удовольствия – отрывают чашечку от блюдца, поднимая все выше. Тони следит за движением полицейского, втягивает носом едва уловимый запах мужчины, все больше убеждаясь, что ничего подобного до сих пор еще не касалось его обоняния. Вечный азарт охоты все равно, что зуд растревоженного укуса настойчивого комара, будто лампочка в темном подвале, что мигает, тихо жужжа, разгорается неспеша. Дергаются крылья носа, вдыхая аромат кофе, хирург откладывает вилку и, коснувшись согнутыми пальцами подбородка, упирается большим в основание, чуть наклоняя голову. Тени под глазами и посеревший цвет лица – печать напряженной работы или особенность организма? Мужчина скользит внимательным взглядом по собеседнику, с пытливой придирчивостью исследователя подмечает каждую впадинку и выбившийся волосок. В чем же твоя загадка, мистер Риддл, скажешь мне сам или…
Дверной звонок вновь отрывает от трапезы, вторгается в не начавшуюся толком беседу. Тони не двигается, лишь дернулось слегка веко, сужая глаза, показывая, что услышал. Верхняя фаланга указательного проходится по губам, пока хирург, сделав полный круг по овалу лица, находит взглядом оленьи глаза, пытаясь проникнуть на ту сторону этого зеркала.
- Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? Слабость? Головокружение?
Кивнув, мужчина встал, мимолетно отряхивая выглаженные брюки, и отправился открывать дверь. Прозвонив еще раз, дверной звонок сменился глухими ударами тяжелого кулака в тихо скрипнувшую дверь. Никакого терпения и уважения к чужой собственности.
- Прошу, господа.
Резная деревянная дверь отворилась, прям перед носом занесшего кулак для очередного стука крепкосложенного полицейского и тот, немного растерявшись, неловко опустил руку, качнулся на носках и только потом протиснулся мимо галантно отступившего в сторону Уэйна. Трое патрульных кивнули и, пройдя следом, столпились у входа, ожидая указаний вышестоящего офицера.
- Позвольте представиться, - толкнув дверь, мужчина вышел на середину коридора и, подняв небрежно брошенный на стул помятый пиджак, вытащил из кармана документы, протянув их напарнику подошедшего следом первого копа, - Офицер Риддл уже получил мои показания, но просил повторить их вновь прибывшим, - пальцы прошлись по полам пиджака, смахивая несуществующую грязь и укладывая предмет гардероба на согнутый локоть, - Сразу прошу простить мне мою скупую эмоциональность и не делать поспешных выводов. Алекситимия.
Поведя плечом, Энтони забрал свои документы и убрал их обратно в карман. Уже не в первый раз имея дело с представителя органов власти, мужчина подозревал, что его снова упрекнут в отсутствии привычных полицейским проявлениях чувств, свойственных очевидцам или участникам происшествий. Тупые солдафоны, не способные мыслить своими мозгами, привыкали следовать приказам и букве закона, не допуская отступлений. Искали в людских реакциях то, что прописано в учебнике, написанном десятки лет назад, высокомерно полагая, что все, что выбивается, есть признак вины или причастности. Как же они раздражали. Тони ведет легко бровью в ответ на ожидаемый вопрос одного из патрульных и, переведя взгляд, надевает привычную маску ведущего хирурга-зазнайки.
- Если это праздный вопрос, то самым кратким ответом будет эмоциональный дальтонизм, в случае, если же вам действительно интересно, то могу порекомендовать лекции моего хорошего друга доктора Сифнеоса. Он преподает в Гарварде и часто публикуется в определенных кругах.
Введенное почти двадцать лет назад понятие не раз подвергалось критике, но действительно обретало все большую популярность, позволяя прикрывать нежелание соответствовать ожиданиям и рассказывать всем подряд свою биографию. Трое патрульных переглядываются, по их мнению, только им понятными взглядами, а Тони отводит скучающий взгляд, фокусируясь на Фрэнке с напарником. Какой смысл рассказывать недалеким плебеям о том, что вторжение какого-то музыкальных дел мастера ничтожно в сравнении с вторжением отряда нацистов в твой дом? А легкая потасовка не может сбить ровное течение сердечного ритма, привыкшего к куда большим нагрузкам, даже если и на операционном столе?
- Ах, да, - повернувшись, Энтони положил пиджак на край стола и принялся рыться в хромированной визитнице у телефона. Ламинированные карточки с тихим шелестом вращались вокруг осевого стержня, мелькая под быстро перебирающими пальцами, - Вот, прошу. Возвращаясь к нашему прерванному диалогу, офицер Риддл, эту визитку мне дал Эдвард Грэмбл, наш общий с мистером.. эмм, - бросив взгляд на визитку, хирург скользнул взглядом по отпечатанным буквам, - никак не могу запомнить его фамилию. Еще один плеоназм. Это многое объясняет, - мысли скакнули к телу, спящему в шкафу в спальне, Уэйн щелкнул ногтями по визитной карточке и вежливо улыбнулся, протягивая прямоугольник плотной бумаги полицейским, - Эдвард представитель фармацевтической компании и посещает клинику, в которой я работаю. Госпиталь Святого Сердца на пересечении Сэнт-Роад и Хэйвен-лейн. Он посоветовал мне магазин Гидеона, когда я посетовал на капризы моего рояля. И, как я уже говорил офицеру Риддлу, мистер Джеймс был так любезен доставить мой заказ мне лично на дом, подойдя аккурат к обеденному времени, так что я пригласил его разделить со мной трапезу и беседу. У меня в городе еще очень мало друзей, но, как я сейчас понимаю, выбор мой был весьма опрометчив.
Обстоятельно пересказывая о случившемся, Энтони указывал рукой, опустив обстоятельство неуклюжести Фрэнка. Споткнуться и удариться головой было весьма неприятным поворотом событий для офицера, а мужчине совсем не хотелось ставить того в неловкое положение перед коллегами. В его рассказе коп дрался, как зверь, но пал под натиском обезумевшего маньяка, что, толкнув Риддла в стену, переключился на вызвавшего, по его мнению, полицию хирурга, которому тоже пришлось изрядно попотеть и испортить недавно обставленную гостиную.
- А затем я напомнил ему, что офицеры полиции никогда не ходят по одному, что вы уже близко, и предложил ему сдаться, - указав на болтающуюся на ветерке из открытой настежь двери потрепанную штору, Уэйн посмотрел на полицейского, - Тогда он сбежал через заднюю дверь, а я решил, что важнее оказать помощь мистеру Риддлу.
Взгляд бледно голубых глаз скользнул по пластырю наполовину прикрытому непослушными кудрями, избегая прямого зрительного контакта, и вновь сосредоточился на напарнике незадачливого гостя.

+3


Вы здесь » Ashburn » Прошлое » All is well that ends well


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC